Война никогда не меняется.

Модераторы: Александр Ершов, ХРуст, ВинипегНави

Re: Война никогда не меняется.

Сообщение RDL_python » 07 май 2015, 15:58

Группа замерла.
Сержант проскользнул мимо Грина, тут же развернувшегося и прикрывающего тыл, в голову группы.
Передовым, под раскидистым кустом, сидел настороженный Ракир
- Что?
Одними губами спросил сержант. Ракир, вместо ответа, показал в глубь прохода в зарослях где виднелся силуэт индейца разведчика.
- Что?
Повторил свой вопрос сержант, проскользнув к нему.
- Кровь, следы.
На широких листах высокой травы, виднелись бурые потеки.
Индеец аккуратно повел сержанта в сторону ближайшей группы деревьев. Несколько веток были сломаны, сок застыл на сломах причудливыми сосульками. Животные, так ветки не ломают, даже на бегу. Сержант потрогал их.
- Мягкие, сколько времени?
- Семь, восемь часов.
Индеец, что-то высмотрел у соседнего дерева и молча указал сержанту. В коре, уже подернувшиеся окислением и тонкой пленкой плесени, следы пулевого попадания.
- Калашников, новый, под патрон Нато.
Сержант пожал плечами. Но индеец, говорил не о пуле попавшей в дерево. Нагнувшись, он надел на травинку зеленую гильзу.
Сержант осмотрел гильзу и согласно кивнул головой. Убирая поданную индейцем гильзу в карман жилета, скомандовал.
- Развернуть строй. Вперед.
Через пятьсот метров, рация в ухе дважды три раза щелкнула. И сержант быстро переместился на правый фланг цепи. Там светлел прогал в листве над небольшой поляной.
Ричард сидящий за деревом держал дальний ее край, а у бровки присел над чем-то Эрж.
- Что у вас?
- Гильзы. Следы боя.
Подошел индеец и быстро пройдя к центру чуть ли не нюхая землю начал осматривать найденное.
Сержант чтоб не задерживать группу отдал приказ выдвигаться. Ракир, Кельт и Эрж тотчас исчезли в зарослях. Индеец же быстро обойдя окрестности, подошел с докладом.
- Группа около десяти человек. Проводник у них местный. Идут к горам.
Он подал сержанту грубую красную шерстяную нить.
- Прошли в то же время. Их заметили и убитый у того дерева, хромал, видимо по этому, именно он увел приследователей.
- Следовательно, группа торопилась.
- Очень серьезные люди. Следов почти не оставили. Тот кто отвлекал убил как минимум шесть муравьев.
Сержант хорошо знающий индейца посмотрел ему в глаза
- Что не так?
- Это был очень сильный человек. Я не понимаю, он стрелял в каждого кого убил по несколько раз и не промахивался. Там где у него кончились патроны и его настигли, были следы борьбы, когда убивают такие люди, крови почти нет, а там, кровью все залито.
Индеец договорив быстро двинулся догонять ушедших в перед товарищей.
Все это смахивало на чертовщину. Территория, на которую нельзя заходить, местные индейцы, которых надо убивать несколько раз. Но сержанта сейчас, больше всего тревожило другое. Он скользя вслед за группой быстрыми стелящимися шагами подозвал радиста.
- Связь.
Радист протягивая трубку напомнил.
- Нарушаем приказ, до времени связи еще двадцать минут.
- Говорит скорпион, обнаружена группа, десять двенадцать человек. Быстро движется из квадранта 23-41 к горам. Высококлассные профессионалы, ведет проводник из местных. Вооружение дорогое, не стандартное. Примите меры.
Я знаю где. Я знаю как.
Я не Оракул... Я - маньяк.
Аватара пользователя
RDL_python

 
Сообщения: 1520
Зарегистрирован: 27 апр 2015, 19:21
Откуда: Москва
Карма: 578

Re: Война никогда не меняется.

Сообщение RDL_python » 07 май 2015, 16:02

Группа людей похожих на тени, так как бесформенные камуфляжные комбинезоны размазывали фигуры и сливались с зеленью растений, словно раскаленный нож режущий масло, пронизывала джунгли. Первым, бежал боец проламывающий проход, след в след за ним, легкой экономичной трусцой бежал проводник. Головной боец время от времени менялся перемещаясь назад. Не только из за усталости, так как он продавливал, а порой и прорубал густую растительность торя дорогу, но и по тому, что от монотонности бега взгляд бойца замыливался и тот, мог вовремя не заметить опасность.
В середине группы бежал в Майор Дмитрий Беркут. Его цепкий взгляд, автоматически скользил вокруг, фиксируя обстановку, а мысли невольно возвращались на двадцать лет назад. В эти же места.
Все повторялось. Они снова охотились. Двадцать лет назад, молодого советника едва получившего капитанские погоны и направленного на первую серьезную самостоятельную миссию в Никарагуа, вызвали в посольство. Следовало наказать зарвавшегося нарко барона, осмелившегося попытаться закинуть свою сеть на территорию Союза. Второй целью, был старший инструктор лагерей ЦРУ по подготовке боевиков терроризировавших молодую республику.
Через несколько дней после вызова, он с прибывшей из союза группой спецназа, уже был в этих краях. Нарко барона, они нашли и убрали быстро. Клан Эстебана, надолго запомнил кровавую и назидательную казнь Мигеля-Пауло, отца нынешнего главы клана. Его убили в центре его владений, с показной жестокостью, невиданной даже в этих местах. После этой акции, они два месяца охотились на инструктора обучающего банды оппозиционеров за границей молодой республики. Он, с группой сформированной из бывших зеленых беретов, проникая на никарагуанскую территорию, уничтожил несколько советских инструкторов и важных местных работников. Так же как и тогда, на границе этого района они потеряли первого человека. Будто бы этот сумасшедший, живущий своей внутренней жизнью лес. Лес непривычный для северного человека, растительность которого порою, росла будто забыв о законах гравитации. Брал с чужаков кровавую плату за проход через него.
Тогда, силы были равные. Несколько раз они сталкивались лицом к лицу. Эти леса на сто мильной территории между Никарагуа и Сальвадором, в те неспокойные времена приняли не одну и не две пинты крови. А между теми, кто участвовал в событиях тех времен, их стойко звали ста милями зеленой смерти.
Тогда, он так и не смог взять Хорна, а через некоторое время, обоих отозвали и задание отложили в долгий ящик.
Сейчас, уже давно не было Союза поддерживавшего социалистический режим в Никарагуа, а политические цели, заменили экономические. Только враги, остались прежними, сменили работодателей как явных, так и закулисных. Волк не становится домашним животным даже в самом комфортабельном вольере. Поэтому, их опыт востребован до сих пор, и будет востребован, пока не вырастет новое поколение волков...
Беркут не испытывал комплексов, по поводу целей нынешних своих командиров и самой миссии. Он точно знал, что наводку на Хорна они получили с той стороны, от людей в его окружении. Не смущало двже то, что с прибытием в страну и с пересечением границ их группе помогали некие богатые частные спонсоры. Для человека с его опытом, фамилия их проводника, Рамиреса Коматозо говорила более чем достаточно, о том кто это были.
Он делал свою работу. Хотя в глубине души, признавал, что взялся за это сомнительное задание, с долей личного интереса. Не месть. Профессионалы его уровня, не допускают такого. Скорее, что-то, вроде возвращения долга. Долга перед теми, кто не возвращался из “командировок” или погибал на “учениях”.
Я знаю где. Я знаю как.
Я не Оракул... Я - маньяк.
Аватара пользователя
RDL_python

 
Сообщения: 1520
Зарегистрирован: 27 апр 2015, 19:21
Откуда: Москва
Карма: 578

Re: Война никогда не меняется.

Сообщение RDL_python » 08 май 2015, 21:01

Город мертвых.

Руины города тянулись за горизонт. Садящееся солнце, окрасившее небо багрянцем, придавало отбрасываемым скелетами домов теням зловещую четкость.
Все вокруг было залито этим багрянцем и зловещей, бархатистой, чернотой. И над этой картиной апокалипса, стояла неестественная, мертвая тишина.
Выгоревший, разрушенный город.
Солдаты удивленно крутили головами. И сержант, пояснил почему все так выгорело.
На планете, был расположен крупный химический комбинат. В конструкциях повсеместно применяли дешевый пластик, много пластика. И итогом этого было то, что город сгорел дотла, пламя перескакивало от дома к дому. Судя по изредка видимым бугоркам человеческих останков, население не успело эвакуироваться и погибло в пожаре.
Сгоревший, покинутый город, ставший могилой своим жителям, итог братоубийственной войны.
От того, что вокруг на всем лежал толстый ковер дурно пахнущей копоти от сгоревшего пластика, уже через километр машины, и все мы, покрылись толстым слоем этой мерзости.
Меня не оставляло ощущение, что на мне прах тысячь и тысячь, сгоревших заживо жителей этого мегаполиса. Мерно урчал мотор АПС, траки едва звякали забитые гарью и грязью. Тишина давила.

Владимир, самый молодой в группе, сплевывая попавшую в рот гарь, обернулся к сержанту.
- Серж, а почему об этом городе нигде не слова? Ведь столько погибших?
- По этому и не слова... Атака была быстрой, гражданские не успели уйти. Видел куда наклон конструкций шел? Гореть начало с окраин, значит виноваты и оборонявшиеся и атакующие...
Кому охота кричать на весь свет, что он, сжег живьем целый город? То-то. И не думай, что он один такой. Со времен Амариса, в наследных войнах, просто при конфликтах, таких было десятки... Если не сотни... Да и при вторжении...
Сержант махнул рукой.
- Поживешь с мое...
Все молча слушали, не вступая в разговор.
И все вокруг застыло, даже ветер не гонял больше смерчи праха на пустых улицах.
Только высоко в темнеющем небе тянулись бежевые полосы инверсионных следов патрулирующих район истребителей.
Молоденький командир ланса стоящий у кабины за спиной сержанта, задумчиво повторял теребя тангенту коммуникатора
- Тем кто мертв,самое место в мертвом городе.

Я стоял на горе битого пенобетона, помогая пилоту тяжелого вертолета садиться на расчищенную для этого площадку.
И закрывая лицо от поднятых им бьющих в лицо струй праха подумал
- Да, видимо командир прав...
Тем кто мертв - место в мертвом городе.
Я знаю где. Я знаю как.
Я не Оракул... Я - маньяк.
Аватара пользователя
RDL_python

 
Сообщения: 1520
Зарегистрирован: 27 апр 2015, 19:21
Откуда: Москва
Карма: 578

Re: Война никогда не меняется.

Сообщение RDL_python » 08 май 2015, 22:11

Осколки зеркал.

Приложение, материал Љ890763
Содержание:
Диски галло камеры - 4 экземпляра.
Владелец не установлен.

Запись без даты.
Маркер внизу экрана - Независимый новостной канал АФ шесть.
- Мы ведем репортаж с полицейского поста, последнего на въезде в лагерь для гражданских лиц покидающих зону боевых действий. Все что нас отделяет от поля боя, это вот это широкое поле и спешно возведенные полевые укрепления охраняемые этими смелыми людьми. Представьтесь офицер.
- Мартин Головин. Бывший Мехвоин. Лейтенант специального полицейского отряда.
- Мартин, Как вы относитесь к героизму?
- Дурацкий вопрос, простите. По моему, ваших зрителей сейчас, это мало интересует. Воины пытаются отстоять нашу землю от тех, кто нанес нам первый подлый удар устроив беспорядки стоившие тысяч жизней простых граждан. От захватчиков, прикрывающихся словами о фанатичной вере и не щадящих никого. Вот что сейчас главное, вышвырнуть их. Это не героизм, это долг каждого порядочного человека. Мы же пытаемся просто дать возможность гражданским покинуть зону боев на последних Дропшипах.
- И все же. Офицер, силы защитников, насколько мне известно, уступают напавшим в несколько раз.
- Господи, да мотайте вы отсюда. Сейчас начнется и поверьте, они не посмотрят на то, что вы корреспондент.
- С вами...
Раздался грохот, поле зрения дернувшейся камеры заволокло клубами дыма. Голос за кадром.
- Господи, я ранен!
- Мать пресвятая, врача!
Снова громкий взрыв и камера со штативом падает, продолжая снимать. Видно как дым вытягивает через пролом в стене, зияющий с боку. Камеру поднимают, но она резко опускается. Видимо оператор взял ее в руку и сделал шаг в перед. В кадре, который теперь смотрит немного в бок, не четко виден лежащий корреспондент, засыпанный пластбетонным крошевом.
Над ним склоняется военный у которого брали интерьвью, перепачканный пылью с кровоточащей ссадиной на лице.
- Готов. Убирайся отсюда. Живо!
Камера выключается.

Следующие кадры.

Забитая стоящими машинами дорога. По обочинам бредут нагруженные своим скарбом люди. Все движение только в сторону виднеющихся в дали локационных башен космического порта. Там что-то горит. Съемка, ведется с какого то возвышения. Голос за кадром.
- Вы видите в дали горящие постройки резервного грузового терминала космического порта Вета. Он, менее всего пострадал при атаке сил вторжения. Так как был захвачен очень быстро, и так же быстро отбит у захватчиков. И только с него, по достигнутому вчера соглашению между обороняющими планету силами и силами вторжения, возможна эвакуация гражданского населения. Она будет осуществлена на последних двух торговых внутрисистемных кораблях, уходящих с континента Рем.
Эти люди, в основном гости застигнутые войной на планете, спешат эвакуироваться. Больше возможности покинуть охваченный пламенем боев континент, и переправится в демилитаризованную зону, может не представиться.
Камера медленно поворачивается. И в это время раздаются приглушенные расстоянием звуки взрывов. Вокруг возгласы и крики. Рывком, камера поворачивается к космическому порту.
Над виднеющимися постройками расползающиеся клубы дыма, в которых изредка мерцает огонь. Откуда-то, из-за низко висящих туч в сторону построек устремляются ясно видимые в пылевой взвеси поднимающейся от земли, лучи лазеров и дымные пальцы ракетных залпов.
Потом, вынырнув из за облачности показываются два аэродинамических Дропшипа, обстреливающие едва видимые из за дыма и пыли купола стоящих на летном поле кораблей. Трансфлокатор делает наплыв. Становятся видны открытые люки летящих кораблей, из которых начинают десантироваться боевые машины. Они опускаются на столбах огня прямо в облака дыма. Многие из них прямо на разбегающихся по полю людей. Участвующие в атаке аэрокосмические истребители кружащие над полем космического порта обстреливают окраины.
За кадром, слышны истерические и напуганные голоса.
- Черт возьми, что вытворяют эти уроды?! Там же люди!
- Там уже фарш на бетоне! Бегите, Бегите в поле!
- Казлы, дождались пока наемники уйдут с позиций и ударили! Нас купили как дешевку!
- Но почему?! Ведь был договор, что от сюда уйдут все военные, чтоб эвакуировались гражданские!
- Ты что идиот? На хрена им гражданские? Им и порт нужен и Дропшипы нужны. Зуб даю, они сейчас атакуют и наемников с тыла. Мотаем отсюда!
От космического порта, летя очень низко над землей, быстро приближается звено аэрокосмических истребителей. Они летят прямо над дорогой и на консолях крыльев мерцают огоньки стреляющего оружия. Лучи лазеров бьют прямо в столпотворение на дороге, горят и взрываются машины. Люди до этого замершие в оцепенении, разбегаются с дороги бросая вещи и устремляются назад к городу. Вокруг давка и паника.
- Слезай, мотаем отсюда!
Камера выключается.

Запись.
Камера работает с надетой крышкой объектива.
Аудио файл:

- Стойте! Стойте! Остановитесь пожалуйста!
Скрежет металла и рокот двигателя.
- Кто такой? Русский?
- Я оператор, шестой канал независимые новости. Мы делали репортаж в лагере для беженцев когда все это началось.
- Откуда русский знаешь и почему нас на нем окликнул?
- Ну, у вас же орел на броне и триколор. Моя мама русская, у нее есть старый видео файл с такой эмблемой. Помогите пожалуйста.
- Угу, земляк. Парень ты сума сошел? Ты что по сторонам не смотришь?
- Помогите. Там в машине Генри...
- Ладно, ладно.
Стук по металлу.
- Вальтер глянь быстро, что там у парня.
Шум, кто-то срыгнул с небольшой высоты. Бряцание оружия, шаги и грохот металла.
- Ого. Как это вас?
- Мы ехали от космопорта и попали под обстрел. Генри зажало обломком, и я второй день тут. В округе никого нет, никого не встретил чтобы мне могли помочь.
Снова грохот и скрип металла.
- Бесполезно, с твоим приятелем кончено. Не жилец. Видишь, вон та железяка ему грудь пропорола. Слишком много потерял крови.
- Но, я его перевязал...
- Парень, все. Ему, ни чем уже не поможем. Живым, не довезем! Пока будем доставать, попадем в историю. Через пол часа сюда придут, здесь станет жарко. Делаем ноги.
- Но...
Слышен выстрел.
- Поверь, так будет лучше для всех нас. И он больше не будет мучиться.
- Я возьму вещи?
- Быстрей, самое необходимое и бегом за мной.
Тихий голос первого говорившего.
-Прости Генри, он прав, а у меня не хватило бы духу.
- Шум, топот, удар тяжелого люка и приглушенное гудение, транспортер тронулся.
- Сам то откуда?
- С Эдры. Работал на галловидение.
- Хэ, у нас есть парень с Эдры. Русская колония?
- Да, я там родился.
- А чего это за огонек у тебя мигает на коробке?
- Черт камера включилась, я когда вас увидел вскочил и уронил...
- Камера?
- Ну, я же оператор. Мистера Хингсли, корреспондента, позавчера убило взрывом, сегодня техника Генри. Вот из группы я один и остался. И камера. Вот черт, замок разбило. Есть чем поддеть?
- Держи нож.
- Эй Серж. А давай парня с собой возьмем? Будет оператор летописец нашего отделения.
- На кой хрен тебе летописец, завтра писец нам всем может прийти с такой то заварухой!
- А в этом что-то есть. Может хоть какая-то память останется о нас, да и парень чуть больше проживет чем просто шляясь по окрестностям или вернувшись в город.
- Это точно, после второго налета там большая часть зданий в щебень. Хорошо наши из второго отделения успели отойти в парк, атоб и их накрыло.
- Эй, опер, а звать то тебя как?
- Макс.
- Погоняла что ль?
- Нет, мать Максимом назвала. Помогите не, получается открыть кофр...
- Дай-ка твой маджик бокс.
Щелчок - конец записи.
Я знаю где. Я знаю как.
Я не Оракул... Я - маньяк.
Аватара пользователя
RDL_python

 
Сообщения: 1520
Зарегистрирован: 27 апр 2015, 19:21
Откуда: Москва
Карма: 578

Re: Война никогда не меняется.

Сообщение RDL_python » 08 май 2015, 22:48

Засада.

Магистр в сопровождении охраны и связистов направился к лифту.
Внизу у борта, магистра уже ждал колесный транспортер. Низкий бронированный корпус щетинился стволами пары башен с импульсными лазерами.
Первая двойка охраны запрыгнула на кар, присланный снизу, для сопровождения. Солдаты в броне, не могли усесться в узкий кузов, и лихо висели на подножках, держась за раму из труб.
Когда все разместились, кар включил маячки и взревев сигналом лихо рванул по пирсу.
Водитель транспортера, ругаясь, старался не отстать от расчищавшего сиреной дорогу кара и тоже отчаянно сигналил, чтоб никто не попался под колёса.
Магистр как и все, закрепленный в ячейке десантного дека транспортера, догнав лбом жесткую раму нахлобучил шлем.
- Рам, кто там у вас такой лихач?
- Это не наш. Морячек из наемников.
- Если доедем живыми и никого не раздавим, я хочу, чтоб он был моим шофером!
Солдаты сидящие в транспортере засмеялись. Водитель транспортера, покраснев лицом, крепче вцепился в рычаги.

В нижних помещениях, где коридоры стали уже, кортеж снизил скорость. Офицер сидящий рядом с водителем, включил внутренние экраны.
Стала понятна задержка продвижения. Здесь еще во всю работали ремонтные бригады, под охраной солдат. Вдоль стен лежали убитые, ожидая, когда и до них дойдет очередь.
У блок поста, их притормозил молодой аколит, с грубо нарисованными маркером прямо на тоге знаками келий сержанта.
Магистр, не смотря на возражения командира эскрота, поднял крепление и приказал откатить броне дверь.
Парень, не пускавший их дальше, увидав кто выходит из транспортера, рухнул на одно колено.
- Магистр!
- Встань. Что тут происходит?
Парень, немного смущаясь доложил
- Прорыв из отглушенного сектора в складскую зону. Около сорока человек. Уничтожен один пост но группу рассеяли. Зачисткой занимается вторая штурмовая келья с "Двух святителей". Приказано всех идущих к заводу и лаборатории, направлять через синий сектор.
Магистр подозвал ординарца с картой.
- Так, мы здесь. Чтоб проехать через синий сектор, надо снова вернуться в порт.
Магистр прикинул время.
- Нет времени. Сержант сколько у вас людей?
- Девять. Четвертая штурмовая с "Двух святителей".
- А где остальные?
Люди сержанта расступились. Вдоль стен лежали солдаты с накинутыми на лица капюшонами.
- Еще на уровне выше. Живые, кто ранен, отправили вверх. Так что здесь, все кто божьей милостью целые.
Магистр подошел к прислоненным к стене штурмовым винтовкам на многих были следы крови.
Одну, осмотрев, кинул ординарцу. Взял другую, с утолщенным стволом. Оттянул затвор и осмотрев испаритель проверил заряд батареи.
- Легкий кар оставим у вас. Пусть двое ваших людей сядут на него. У поворота, что мы проехали, стоит кар с тяжелым излучателем. Притащите сюда.
А мне, взамен, дайте трех ваших человек.
Магистр снял у одного из убитых подсумок с не израсходованными импульсными гранатами.
- Все в транспортер. Вы двое, в башни. Поедем напрямик. Эй, морячок, эту жестянку сможешь вести?
- Да запросто, Ваше преподобие! Хоть звездолет!
- Садись-ка за рычаги. Водитель сел в десантный отсек на пустующее место механика-связиста.
- Все растаскивай завал, трогаем!
Сержант откозырял в закрывающийся люк и замахал, что бы солдаты растащили с дороги щиты снятые со стен, ее загораживающие.
Морячок, опять рванул с места так, будто за ним гнались сто чертей. Магистр еще раз подивился тому, как аккуратно и лихо он водит. Броня транспортера едва не чиркнула о растаскиваемые куски пластика.
На против магистра, в креплении, сидел средних лет солдат, из взятых на борт келийных. Судя по состоянию накидки и закопченному лицу, бой выдался жарким.
- Что у вашего сержанта, Таг на груди, маркером намалеван?
- Он сержанта получил, при штурме верхнего уровня. Когда у нас вышли ракеты, мы сцепились с корпоративными на лазерах. Его взвод отрезали. Когда у них кончились заряды, они ударили им в спину на мечах.
Солдат немного помолчал.
В общем, когда мы подоспели, их всего двое осталось. Обоим наш келий лейтенант прямо там, на горе нашинкованных, дал сержантов.
- Сам лейтенант где?
- Лейтенант, и сержант здесь легли, недалеко от баррикады. Когда склад брали. Жалко, правильный был воин. Под конец уже, какой-то из ихних, кинул связку гранат в баллоны с окисью.
Магистр наклонил шлем к шлему ординарца.
- Запиши их номера.
- Уже сделано!
Магистр кивнул, от своего ординарца, он другого и не ожидал.

Неожиданно, раздался удар и транспортер остановился на полном ходу. Истеричным визгом и шипением, зашлись обе лазерные башни. Транспорт так резко остановился, что если бы люди не были закреплены в боевые крепления, то все бы уже были калеками.
Морячок, с окровавленным лицом жутко матерясь, двумя руками тянул какой-то рычаг.
Офицер охраны переключивший на себя мониторы кричал заднему стрелку
- За углом! Еще правее! Если он кинет в нас это дерьмо... я сам тебя на куски порву!
Морячок повернувшись, крикнул в салон через открытый броне, лючок.
- Заклинило колесо! Мне надо две тройки, прикрыть пока осмотрю!
По корпусу мощно ударило, почти тут же, заглушая все, громыхнул взрыв. И почти без перерыва второй удар. В транспортере взвизгнули и застучали рикошетя, кусочки брони отколотой от стен. Потянуло чем-то горелым. Прожектора и фары транспортера после второго попадания погасли.
Магистр, до этого терпеливо сидящий на своем месте выхватил из зажима винтовку и
отдал приказ охране.
- Это уже серьезно. По нам долбят ракетами. С брони.
Офицер СБ, сидящий на кресле выпускающего, вырубил освещение и ударил кулаком по кнопке подъема держателей.
- Первая четверка проход прямо! Вторая левый! Третья корма! Трое пришлых, помочь водителю. Остальным, держать периметр!
После чего, отстрелил люк.
- Пошли!
Солдаты, грохоча броне ботинками, один за другим рванулись в сверкающую от попаданий лучей лазеров тьму.
Магистра два дюжих бойца зажав плечами, прижали к стене за перегородившим от удара проход броне транспортом. Радист, упавший под броню слева от люка. Вызывал подмогу.
Офицер охраны выстрелил два болта из метателя в стену, и сбив их прикладом сунул в образованное отверстие гранату.
- На пол!
Грохнуло и всех обдало осколками бетона.
- Сюда!
Магистра то же затолкали в образованное отверстие. Это, было какое-то подсобное помещение. По нему еще летал поднятый взрывом мусор. У сорванной двери выходящей на другую сторону стояли и стреляли бойцы из охраны ворвавшиеся сюда первыми.
Со стороны транспортера слышались удары по металлу.
- Офицер, выглядывающий через пролом, доложил магистру.
- Помощь, через двадцать минут! Этот сектор просто обошли при штурме. Тут было тихо, сейчас по всему сектору, завалы и плотный огонь!
Магистр, скинув с себя солдат и не обращая внимания на возмущение офицера, прошел к проему двери.
В этот момент, прямо на против него, в стене появилась круглая дыра через которую лился слабый свет.
Солдат у дверей, видимо не полагаясь на встроенный коммуникатор, крикнул обернувшись.
- Там пара гадов, с пробойниками!
Гадов, видимо было больше, так как второй болт пробойника, прошил стену, от которой они все прошли и ударил кричавшего солдата в грудь кирасы броне костюма.
Солдата от такого удара бросило на стену, он сполз по ней на пол, уже бездыханным крася ее ярко светящейся в оптике шлема, пока еще горячей кровью.
- Все на пол! Работают пробойниками!
Оптика шлема, наконец, окончательно адаптировалась и отстроилась от помех. Раскаленные от частой стрельбы стволы винтовок и автоматов, давали ей достаточно света.
Все попадали на пол. Пробойники, это было серьезно. Плазменно-магнитный ускоритель, разгонял в этой штуке болт из каленой стали до такой скорости, что даже летя боком, болт прошивал доспех.
Пока их спасало то, что на пробойники не ставили интеллектуальных прицелов, те сходили с ума от помех при выстреле. И что перезаряжался этот агрегат около минуты.
Да и было их у напавших не так много, так как между выстрелами было порядка пяти десяти секунд.
Магистр перебежал к дыре и выглянул.
У покореженного броне транспорта, возилось несколько солдат. Моряк и пара бойцов, с помощью кувалды и матери пресвятой девы, что-то правили лежа под передними колесами, остальные прикрывали их, стреляя из за брони.
Передняя лазерная турель была выворочена прямым попаданием ракеты. Задняя, плевалась последним оставшимся стволом. При этом, была так раскалена, что тепло сброс работал непрестанно.
Магистр, приподнял забрало шлема.
- Эй, морячок! Слышишь меня?
- Слышу, ваше!
- Значит так. Надо срочно вытаскивать наши задницы! Иначе, абздец! Сможешь? Если нет, все бросай, все в топку адскую! Будем прорываться так!
- Смогу, как два пальца! Две минуты! Но надо, отогнать уродов, что не дают выправить тягу рулевой!
Магистр, рявкнул в полный голос
- Две минуты, всем... Огонь прикрытия!
И выпрыгнув в коридор, зажал гашет винтовки, поливая лазерным когерентным светом каждую подозрительную щель и пролом. Солдаты охранения, из оставшихся в живых, поступили так же.
Морячок и два солдата, выкатились из-под брони с другой стороны транспортера, оттуда послышались удары.
Секунды этих двух минут, отсчитывали не часы, а выстрелы пробойников...
Сержант охраны, лежащий за обваленной стеной и меняющий окончившийся аккумулятор винтовки, поднял ствол и противник засек его позицию. Взметнулась пыль, и обезглавленное тело выбросило из-за завала.
На противоположной стене, появилось аккуратное круглое отверстие. Только вот из этого отверстия, толчками, лилась чья-то горячая кровь.
Солдат держащий кусок арматуры, отгибающий тягу, навалился на прут грудью. Только вот руки его, при этом, бессильно соскользнули на пол.
Офицер, командир эскорта, передающий солдату обойму, с каким-то обиженно детским выражением глядящий за тем, как почти по плечо срезная рука, так и не выпустив обоймы, летит в тьму коридора.
Когда в ноги магистра, ткнулся, с воплем
- Ходу!
Морячок, выкатившийся из-под днища транспортера, да еще при этом стреляющий из какого-то коротенького порохового монстра, обдавшего его фонтаном горячих блестящих гильз.
Он, в полный голос на распев читал отходную по своим солдатам, и не сразу понял, что же тот от него хочет.
Магистр сам не помнил, и только потом узнал из донесения СБ, как осенив его благословением, схватил за разгрузку и закинул в нутро транспортера... Рявкнув перекрикивая выстрелы и взрывы гранат
- Все на борт!
Откуда-то, появился давешний молоденький сержантик. С матом волокущий за шиворот, раненого солдата СБ из эскорта.
Люди в транспортер прыгали уже на ходу. Так как морячок, заброшенный магистром в чрево поврежденной машины, на карачках вбежав в водительский люк, занырнул в кресло и сразу дав по акселератору пошел в раскачку. С ревом генераторов, вытаскивая транспортер из завалившейся стены.
Откуда-то взялся тяжелый лазер, сержант из охраны в расколотом шлеме и сгоревшими в пепел волосами, держа его обоими руками, стрелял в зев люка, а магистр держал его за наборный пояс.
Там куда тот стрелял объятый каким-то химическим, синеватым пламенем лежал на боку кар который они оставили на посту что проезжали. За ним метались неясные тени. Видимо на этих огарках и приехал на подмогу сержантик...
Морячёк, вбив трансмиссию на самую нижнюю передачу, и накачав максимальные обороты, пошел на пролом и в полном и в переносном смысле.
Транспортер, ревя перегруженным двигателем, разворотил несколько стен, прошибая их насквозь, выскочил в параллельный коридор. Благодаря этому, последняя ракета, выпущенная им в след, взорвалась в камнепаде рушащихся перекрытий. А не настигнув уходящую машину с раскореженной броней, и похоронив всех кто в ней находился в братской могиле.
Когда они, пролетев на спуск-пандус и не снижая скорости пронеслись через кордон и снесли тормозя, блокпост двумя уровнями ниже, их вывалившихся из дымящегося нутра остатков транспортера, чуть было не обстреляли свои же.
Впрочем от этого наверно хуже было бы только тому кто бы это посмел сделать. Ибо первым из транспортера, вывалился весь черный от копти грязи и крови сержант поводя из стороны в сторону все еще светящимся от нагрева стволом тяжелого лучевика и волокущимся на кабеле за ним аккумулятором. Следом такие же грязные и ободранные, солдаты. С штурмовыми винтовками наперевес и горящими не добрым взглядами, из-за задраенных или разбитых забрал шлемов.
Магистру вышел следом с обнаженным мечом. Сзади тенью шел ординарец с двумя винтовками и дальним коммуникатором, взятым у убитого радиста.
- Санитаров и транспорт! Я, опаздываю!
В ожидании требуемого, магистр, отмахнувшись от по набежавших офицеров, обернулся к своим людям.
- Сержанты, ко мне.
Подошли три сержанта. У оглушенного, с трудом забрали тяжелый лазер. Он никак не понимал, что от него хотят, а руки намертво вцепились в оплавленные от разогревшегося оружия рукояти.
- На колено!
Магистр повернулся к сидящему с сигаретой у колеса транспортера.
- Ты морячёк, тоже. И где этот, молодой?
Солдат который который до схватки, рассказывал ему о бое, а сейчас в располосованной накидке стоял с боку извиняющимся тоном ответил
- В транспортере. Осколком брони задело.
- Я здесь.
Раздался тихий голос из-за брони.
- Вынесите!
Кто-то из окружавших их солдат и офицеров заскочил в транспортер. Парня, вынесли аккуратно держа за накидку и положили перед магистром.
К нему метнулся медик, но магистр пинком сбил его в сторону.
- Раньше надо было задом шевелить, а сейчас, уж не помрет минуту!
Пять раз взметнулся клинок под слова.
- Унтер офицер, унтер офицер, унтер офицер!
Не ждя ответа, магистр кинул клинок в ножны и рявкнул на медика, прячущегося после пинка за спины солдат.
- А вот теперь, клизма лупоглазая, если кто преставится, лично тебя буду оперировать!
Ординарец, фиксировавший посвящение кристалло камкодером, на этих словах целомудренно захлопнул его крышку.
От дальнейшего разноса, медиков подоспевших вслед за первым, спас все тот же ординарец. Сообщивший, что транспорт подогнали. И поспешивший обеспечить проход к карам.
За спинами магистра и его свиты похожей на посетителей адских чертогов, уходящих к карам, за спинами провожавших их, кто суровыми, кто восторженными взглядами солдат, полевой капеллан склонился над тремя телами успевших вскочить в транспорт, но умерших по пути от ран бойцов.
Я знаю где. Я знаю как.
Я не Оракул... Я - маньяк.
Аватара пользователя
RDL_python

 
Сообщения: 1520
Зарегистрирован: 27 апр 2015, 19:21
Откуда: Москва
Карма: 578

Re: Война никогда не меняется.

Сообщение RDL_python » 15 май 2015, 15:06

Лаки с Майком едва вышли из болота, проделали марш бросок огибая периметр базы с юга. Сталкер был не в восторге от работы с Майком, но в этой жизни редко выпадает так, что делаешь то, что тебе нравится и хочется. Он бежал за мелким, и оказавшимся очень шустрым, снайпером, тихо ругаясь. Что ввязался зачем-то, сам не понимая зачем, не в своё дело. Что за последние дни на него, на него и без этого "высыпалось" столько приключений, что хватит на несколько лет вперед, если конечно ему удастся дожить до вечера. Что вот такие кроссы, по пересечённой местности, похоже уже входят в привычку и как бы, они не стали постоянными. Что... В общем когда они вышли к той точке у дороги, где ему следовало затаиться, от усталости, он лег пластом и даже закрыл глаза. Майк же расстелил пончо, сложил на него вещи и принялся за обустройство для него наблюдательной точки. Его сделали наблюдателем по двум причинам. Первая была в том, что он был не слишком опытен в подобной охоте. А вторая, в том, что у него в шлеме был встроенный видео усилитель и в паре с цифровым биноклем Прохожего, у него получался почти телескоп.
На расстоянии километра, можно было разглядывать букашек на листве. Правда при этом надо было упираться во что-то шлемом и отключать автоподстройку, ибо на увеличении близком к максимальному, даже от дыхания "картинка" терялась устройством и смазывалось. Всё же цифровая техника, в реалии уступала обычным линзам. Но у нее, был и плюс. Оптический увеличитель шлема, мог сохранить в памяти несколько кадров. А если его дополнить компьютерной приставкой, роль которой выполнил лишний ПДА подобранный Казаком, мог и записывать видеосигнал. Этот блок, был сделан на основе узлов и микросхем применяемых в видеокамерах.
Майк, дав немного отдохнуть сталкеру, подключил его к приготовлениям. Пока тот приходил в себя он уже свил в ветвях одного из деревьев "гнездо" переплетя и перевязав живые ветки. Лаки не сразу разглядел "насест" даже когда тот его показал. Прежде чем карабкаться наверх, Майк заставил сталкера обвязать ботинки чтобы не оставить следов на подходе к дереву и на коре. Поднялись на верх в тех же целях с помощью веревки. Её Майк не отвязал, а свернув тонкой, бичевой привязал у гнезда, на тот случай если Лаки, надо будет быстро спуститься с верхотуры.
Самого сталкера, он дополнительно обвязал мелкими веточками. Строго напомнив, чтобы тот периодически их заменял и при этом не бросал использованные подвядшие, а складывал в пакет привязанный к поясу. А так же чтобы не рвал новые, в одном месте. Вместе они выщипали немного листвы, чтобы ему было удобно наблюдать и одновременно так, чтобы при этом Лаки оставался надёжно скрытым листвой или стволом и ветками дерева.
После чего Майк, натер его листвой и наклеил вокруг прихваченную где-то по пути смолу, чтобы не учуяли животные. При всем этом ещё и прочёл небольшую лекцию как надо двигаться и вести себя наблюдая, на что обращать внимание, о чем сообщать обязательно и на что не обращать внимание. Когда он наконец распрощавшись растворился в листве, у Лалки было такое чувство, что он за эти пол часа с небольшим, успел окончить университет и разгрузить пару вагонов угля.

Оставив Лаки на насесте, Майк придал их следам у дерева вид временной стоянки, будто кто-то вышел на опушку, но побоявшись идти далее через открытое пространство ушёл назад, и замаскировал след ведущий к дереву.
После чего еще раз изучил в оптику местность и переместился в примеченный ранее овражек, чтобы подготовиться сам. Там расстелил накидку и положив под руку пистолет, убрав в походное положение АКСУ расчехлил винтовку.
Винтовка это часть стрелка. По ней можно узнать о владельце порою гораздо больше, чем по досье. Майк, пользовался не штатной армейской, а купленной по случаю М14. Это была перестволенная, армейская винтовка для выделенного стрелка. Видимо, ее привез из-за рубежа богатый любитель охоты. Ложе, было заменено Майком на вырезанное из другого дерева. Внешне оно отличалось от "старого", и походило на "боевое" первых армейских образцов, отличаясь от них только рисунком дерева, и тем, что не было залакировано. Майк любил ощущать в руках именно само дерево, его теплоту. Тульский мастер, делавший ложе, пропитал его по старым фамильным рецептам. Так же, по знакомству, Майк заказал к ней ствол с более высоким классом обработки внутренней поверхности. Кто бы что не говорил, но в той, некогда великой стране, в которой он родился, умели делать вещи. Правда единичные экземпляры, но так, что кое какие образцы вряд ли могли повторить даже в военных лабораториях НАТО, со всеми их передовыми технологическими наворотами. Например уже готовый ствол, мастер отнес еще одному своему другу в одном из "ящиков", где и без того уникальному стволу, повысили молекулярную плотность. Причём, всё это делалось, более на хороших отношениях и любви к искусству, чем за уплаченные за то деньги. А вынос и внос, на сверх секретные объекты, довольно объёмистого куска металла, осуществлялся не с использованием пропусков, а за халявный разливной коньяк, что доставал опять же один знакомый на Черноголовке. Но это впрочем, уже другая история.
Приготовив оружие, Майк занялся маскировкой. Его "гили" состояло из сетчатой куртки с капюшоном. Еще два куска, были свернуты отдельно. Это для винтовки и для ног, если надо будет "укрыться на открытом месте." Он, быстрыми отработанными многими повторениями движениями вплел в них заранее, подхваченную тут и там в округе, траву и мусор. Добавив еще немного коричневых волокон, окончательно прикинул, как оно будет выглядеть. Оставшись довольным, "одел" винтовку и скатав лишний кусок, прежде чем накинуть куртку с помощью свежей листвы и специально самим же составленного состава понизил свой запах. Что его можно полностью скрыть, было неправда. Забить более резким, да. Но это само по себе могло привлечь внимание. А полностью герметизировать комбинезон, он сейчас не хотел. Регенерирующих патронов к дыхательной системе, у него, было не так много. Когда все было готово, он убрал за собой, и еще раз, неторопливо все проверив, подал условный знак.

Охота на Снайпера, отличается от детективных историй или перестрелок, которыми развлекают обывателей в боевиках. Она скорее напоминает шахматную партию. Если с обоих сторон "умелые игроки", это очень длительная и нудная партия, в которой делается много на посторонний взгляд совершенно бесполезных или "пустых" ходов. Над каждым из которых, игроки, бесконечно долго думают и порою делают не то, что подсказывает нормальная логика.
Эту партию, Казак начал исходя из следующих предпосылок. Снайпер наверняка получает сведения с базы. Наверняка работает не один, не смотря на то, что лично он не видел его напарника. И у него должна быть подстраховка и поддержка. Группа, осевшая, как и они, где-то по близости. Ждущая сигнала. Иначе кто "грабил" машины и людей с грузом?
И снайпер и Прохожий, с ним согласились. Прохожий добавил только, что групп прикрытия, он бы сделал две.
Сталкер немного засомневался, в том, что прямо рядом с базой, не замеченными орудует почти настоящая банда чужаков. Но в плане, решили исходить из максимально возможного количества противников. Будет меньше - хорошо.
Впрочем, твердого плана не было. Ибо это не фронтовая операция, где есть окопы с той и другой стороны, и всё прочее, что позволяет хоть что-то планировать на пару шагов вперёд.


Казак, почувствовав вибрацию поглядел на ПДА. Прохожий, скинул первый пакет информации, в котором отражалось положение каждого члена группы. Программа им загруженная работала в пакетном режиме. Она снимала данные с GPS и ПДА и сжимала их в плотный пакет, после чего, если ПДА был старым, и не линковался с радиостанцией, оставалось поднести ПДА к микрофону радиостанции и передать его. Тот, кто перехватил бы эту передачу, услышал бы только короткий прерывистый шум похожий на помеху. А вот копьютер, куда она пришла, распаковывал код, переводил в координаты. Если была дополнительная информация, она принималась тоже. Так же и в обратном направлении. Целевая, если не подключена к ПДА, радиостанция получала пакеты пока компьютеру не транслировался сигнал приема.
У Казака, рация была не из дешёвых, поэтому слинкована, и на дисплее ПДА кроме обновленной карты, так же побежала строка дополнительной информации. Казак читая, присел и закурил. Надо было подумать, дело осложнялось.

Прохожий скрипя зубами тасовал окна. Для координации групп. А каждого человека его программа выделила как группу и соответственно вела информацию в положенном для группы объеме, было очень мало. Из за того, что он не мог не открыв себя полностью впрямую подключиться к компьютеру центра, информация приходила и уходила кусками. Только через сорок минут после ухода группы, она полностью загрузилась.
И вот тогда...
Сейчас же, он, шипя сквозь зубы ругательства, ибо не был оператором, как мог быстро сортировал, компоновал и готовил к отправке её блоки. При всём этом стараясь следить за общей картиной. А картина складывалась очень интересная. Кто-то в центре, задействовал спутник для отслеживания именно этого квадранта. Это, само по себе, еще ни о чем не говорило, но чутьё старого разведчика, подсказывало, что столь пристальное внимание связано не только с грузом украинского геликоптера.
И подозрения эти были подтверждены появлением на "игровом поле" еще одной группы. Её он заметил благодаря всё той же программе. Которая выделила ее. Эта группа, после высадки с геликоптера, разделилась на две. Одна её часть шла по следам группы спецназа, с которой он шёл, вторая форсированным маршем продвигалась к блок посту, где они оказались после "броска", и откуда был отправлен его последний доклад. Не надо было быть провидцем, что бы понять, по чью душу они шли. Через несколько минут пришёл файл с составом группы.
Вот после этого скомпилировав материал, Прохожий отправил его своим "со командникам". Он слишком много и часто работал против этих людей. И по этому, знал, что скрой он информацию об этом, можно не только забыть о своей цели, но и шансы остаться живым, станут равны не пресловутому нулю, а некоему значению со знаком минус. Ибо сейчас. В свете данной информации, всё на что он мог надеяться, укладывалось в рамки того, что для него делали эти люди. Без них, он становился еще одним неопознанным телом в зоне закрытого доступа...


Фанк, утер рукавом пот и снял ногу с педали газа. Этот участок хотелось проскочить как можно быстрее. Но, несмотря на то, что этот участок считался условно безопасным, тут встречались аномалии. И влететь в нее, на машине гружёной под завязку, совершенно не хотелось.
В напарники ему, дали молодого сталкера и толку от него, кроме как помочь с разгрузкой и погрузкой не было никакого. Всё же сука Стикс. Он ведь наверняка мальку ни черта не сказал. А тот, небось купился обрадовавшись, что на халяву деньжат срубит. Как и от идиот, с ценным обратным грузом, что должен был, идти к месту разгрузки от базы.
УАЗик, тяжело ухнул проваливаясь, и начал выкарабкиваться из очередной канавы подняв пробуксовывавшими колесами тучу песка. И Фанк, взглянув на карту, тихонько, так чтобы не заметил малёк, приоткрыл дверцу и проверил взглядом оружие. Хрена бы он пошёл в этот рейс, если бы не долги. За неделю, Стикс потерял уже второго шофера. И напоминало об этом заменённое на толстый плексиглас лобовое и боковое стекло.

Майк как раз делал пометки в блокноте присев в ложбинке скрытой густым кустарником, когда Лаки сообщил, что показалась машина. До предполагаемого места контакта, ей оставалось около километра и Майк накинув капюшон скользящим движением нырнул вперед выдвигаясь на позицию. Позицию он выбрал, одну из самых не рекомендованных. На внешнем откосе пригорка с низкой бледно серой травой. Единственными факторами, оправдывавшими выбор, было наличие ложбинки идущей к ее вершине, которая скроет следы того, что он выполз на склон, и то что не один человек в здравом рассудке не будет занимать позицию на фонящем холме с явными признаками аномалии.
Но он надеялся, что долго лежать тут не придется, именно по этому поджидая время действия, изучал территорию и только несколько минут назад забрался в кусты от которых шла эта ложбинка на склон. От радиации, его защищал комбинезон и пара вколотых шприцов препарата.
Медленно и плавно, он дополз до намеченной позиции. Стараясь не мять хрупкую траву, выдвинул винтовку. Затем так же, миллиметр за миллиметром поднял голову и приник к оптике.
Он редко пользовался сорока пяти кратной приставкой к прицелу, но сейчас она была вынута из нижнего отделения его рюкзака и привинчена к основному прицелу. С ней, сетчатая антибликовая бленда, была почти у обреза ствола. И со стороны, если бы кто мог разглядеть, могло показаться, что он лежит с базукой. Так как замотанная маскировкой винтовка стала похожа на трубу.
Майк пристально, сантиметр за сантиметром, в свою мощную оптику изучал те точки, которые он бы сам выбрал для позиции. Одно место ему сильно не понравилось. Наваленные в густом подлеске стволы и ветки, перемешанные с проросшим сквозь них подлеском. В мозаике теней, там даже с его оптикой нельзя было, что либо разглядеть. Второй проблемной точкой был ржавеющий у дороги БТР. И в нем и под ним тоже была неплохая позиция. Но неплохая, она была для новичка. Он бы занял позицию неподалеку, засунув в останки и под них пару симулянтов.
Сделав в уме пометку, он медленно перенес взгляд еще правее. Три дерева подходящие для позиции на опушке. Через несколько минут там появятся наемники, если будут с тем же темпом продвигаться.
Скосив глаз на ПДА, Майк перенёс взгляд на холмистый участок у оврага с озером и принялся изучать, не появилось ли там новых кочек или еще чего, что могло бы выдать позицию снайпера. По его расчетам, всё произойдет именно здесь. Судя по данным, снайпер-охотник, стрелял в машину, до того как она останавливалась. А это значит, позиция для стрельбы была неподалёку. Позиций для прямого выстрела, было не так много на этом участке, и сейчас он еще и еще раз проверял их.
Подойти ближе он не мог. Если снайпер даже не заметит, а почувствует его присутствие. Он уйдет. И по этому он, занял позицию максимально удаленную от его предполагаемой.
Завибрировал ПДА. Чёртовы наемники, разделились. И самое плохое, что было в сообщении, это то, что среди отделившейся группы Лаки заметил человека с винтовкой. "Охота", могла закончится не начавшись. Хотя, если стрелок еще не знает... Майк снова приник к прицелу.

Машина воя мотором карабкалась на небольшую сопку когда заднее левое боковое стекло брызнуло сверкающими осколками осыпав груз и салон. Молодой, осел на сидении глубоко назад запрокинув голову. Фанк взвыв в голос, пригнулся к баранке, что есть силы нажав на акселератор, он пытался уйти за такой близкий гребень. Машина буквально прыгнула вперед. Пронесясь по вершине, на песчаном уклоне, она пошла юзом. Не такой уж и опытный водитель, не мог удержать слишком перегруженную машину, даже идущую на обоих мостах.
По борту застучали пули. Стрелок "шил" борт уазика стараясь нащупать водителя.

Первый выстрел, Майк пропустил. Дергать ружьё выискивая дымок от него или качающиеся ветки и траву было нельзя. Только в кино оптикой можно вертеть как пропеллером. В реалии при таком увеличении, сильно сужалась видимая область и даже дрожь в руках от биения сердца "смазывала" картинку.
Выцелил стрелка, он только когда тот начал "шить". И Майк, быстро прошептав в микрофон кодон обозначивший его позицию, перенес ружьё правее. Это, был не их клиент, это, был второй. Судьба шофера, его ни капли не интересовала. Если он сейчас сделает выстрел, это будет непростительной ошибкой.
Майк не думал, что снайпер выдаст себя проблеском оптики или движением. Его может выдать только выстрел. И по этому, он еще раз прошептал кодовые слова, дававшие команду Казаку.
В оптику он видел, как тот передернул затвор и симулируя что пытается бежать с тяжёлым грузом почти в рост припустил по тропинке. Наемники уже идущие по полю от леса развернули цепь и ускорили свой шаг, почти перейдя на бег.
Именно в этот момент в краю видимой в оптику картинки что-то поменялось. Майк затая дыхание, сместил ствол на градус. В наушнике, зашептал командир. Давая направление. В его голосе чувствовалась сдерживаемая боль. Значит, он ранен.
Но он успел. В реденьком кустарнике, чуть выдававшемся в поле, мощная оптика позволила разглядеть едва заметный уносимый легким ветром след дыма от выстрела. Даже скорее не дыма, а частицы пыли сорванные им с листьев. Но это, Майк уже не "думал" а фиксировал подсознанием. Он сросся с винтовкой, выискивая в сплетении теней стрелка. Вот что-то неуловимо поменялось и Майк, прикрыв глаза, вообразил стрелка, медленно меняющего положение тела для того, чтобы переползти на другую позицию. На секунду, он представил как тот плавно и медленно переваливается на бок просовывая в просвет стволов кустарника ружьё. Он открыл газа, и старательно удерживая перед ними образ, впитал в себя всё то, что их разделяет. Колебание травы, дрожание листьев, вялое покачивание застрявшей в налипшей на броне БТР грязи травинки, и траекторию своей пули, идущей, сквозь это застывшее движение. Затем, плавно нажал на спусковой крючок.
Уже нащупывая гильзу Майк развернулся и зашептал
- Казак, он твой, ориентир девятнадцать!
Неожиданно, впереди, взметнулся фонтанчик пыли. Пуля прошла сквозь откос неглубокой ложбинки и частицами грунта запорошила ему глаза.
Майк заскрипел зубами. Эту пулю, послал не тот на кого они охотились, и даже не его напарник.
- Положение всех наемников. Немедленно!
Майк зажав кожаный ремень винтовки зубами, оттолкнулся от земли одновременно руками и ногами. Вовремя. Вторая пуля прошила то место, где он секунду назад находился. Сам же Майк на карачках проскакав несколько метров до вершины, уже скатывался с обратного склона холма обняв винтовку и одновременно свинчивая насадку. Там, он встав, тут же прыгнул рыбкой в мелкий бочажок и пополз в обратном направлении одной рукой выворачивая капюшон куртки. Но выстрела, не последовало. Он вскочил и уже не таясь кинулся в лес. Завибрировал ПДА. А в наушниках прозвучала скороговорка Сталкера.
- Наемник с ружьём исчез. Последнее положение тридцать метров южнее пятой метки.
Майк, на ходу глянув на ПДА, бежал по лесу, перепрыгивая коряги и ямы. Сделав крюк он медленно вышел на прогалину и подняв ружьё затаился. Глаз уловил впереди движение. Стрелок разгадал его маневр. Майк, отошёл и снова стал перемещаться.

Лаки видел, как Казак, отстегнув лямки, пошатываясь, но тем не менее быстро, побежал в направлении двадцатого ориентира, отстреливаясь короткими очередями в три - четыре патрона. Эти ориентиры на карте еще до выхода наметил Майк, обозначив удобные для снайпера позиции и нарисовав секторы вероятных направлений ведения огня.
Казака, тут же заметили наемники, цепью бегущие по полю. Его отвлек от наблюдения и ввода в ПДА информации голос Прохожего.
- Лаки. Возьми второго!
Его ПДА завибрировал приняв позиции того стрелка что первым открыл огонь. Но Лаки задержался. Эти наемники, ему не нравились. Он знал, что в них, идут в основном бывшие военные. Но так или иначе, они всё же были индивидуалистами. Работали двойками, тройками и пятерками. Даже объединяясь в отряды, они сохраняли это деление. Сейчас, по полю открыв огонь, приближался отряд. И он нутром чуял, что действовали они, как одна хорошо сработанная единица. Вот они начали растягивать и загибать фланги, стараясь перехватить Казака. Пока часть перебегает, другие, идущие просто быстрым шагом стреляют прикрывая и прижимая его.
Лаки рванул веревку, и вынув два магазина расстегнул все подсумки разгрузки, затем, положил автомат на развилку сука.

Мак, сделав еще одну петлю, приник к дереву, слившись со стволом. От шершавой чуть влажной коры, по щеке растекалось приятное спокойствие, помогающее уравновесить дыхание. Наметив примерную точку появления цели, он плавно вскинул ружьё и замер.
О "стрелке" их группу предупредили. Но в ориентировке не было сказано, что он изберёт целью их объекты. Впрочем, там не было сказано и то, что один из объектов засветиться на базе, и не кто либо, а сам командир группы, которого они сейчас вели, чтобы выйти на основной, "целевой поинт". До того момента как, его подстрелил "стрелок". С этого выстрела, он и получил приказ, устранить "стрелка".
И вот, среди деревьев, обозначилось лёгкое движение. Но в эту секунду прерывистые сухие хлопки карабинов его группы, загонявших на поле спецназовца, перекрыл близкий треск автомата бьющего длинными очередями.
- Мак. По нам работает автоматчик с дерева!
На фоне сообщения послышался возглас, кого-то из группы сообщавшего о ранении.
Мак выматерившись стал перемещаться, точка откуда были слышны не прекращающиеся очереди, была закрыта от него, и он не мог прикрыть группу. А пройти на прямик, на удобную позицию, не давал стрелок находящийся где-то у него с боку. Мак всё понял. Стрелок. Автоматчик, ждущий когда группа будет на открытом месте. И то что он не жалел на нее боеприпасов, всё сложилось в ясную как день картину.
Для этого не надо было даже проверять ПДА, на который со спутника уже транслировали, что от Базы, к месту стычки быстро движется крупный отряд бандитов сталкеров.
- Мак первому. Это ловушка!



Лаки еще раз поудобней уперся ногами в толстые ветви, и навалившись на автомат корпусом, чтобы вжать его в дерево зажал спуск. Первая очередь перечеркнула всего одну бегущую фигурку. Не теряя из виду цепь противника, он моментально сменив опустевший рожок, снова зажал спуск. На третьем "наемники" легли. Вокруг защелкали пули и посыпалась срезанная листва. Лаки сместился еще больше, укрываясь за ствол дерева и начал бить очередями в пять десять патрон, стараясь накрыть всю цепь.
В наушнике послышалось сдавленное тяжёлым дыханием
- Достаточно. Сваливай немедленно!
Он поглядел дальше на поле и увидел, что Казак за те секунды, что он ему дал уже почти достиг первых кустов перед дорогой идущей вдоль кромки леса. Для надежности, высадив еще магазин, одной длинной очередью, лаки прыгнул вниз, на лету ловя руками веревку. Веревка, даже сквозь толстые кожаные перчатки ошпарила руки. И он невольно на последних метрах ее отпустил, кубарем покатившись по земле. Еще не вставая нащупал полный рожок и вставив его, как мог быстро пополз в ближайшие кусты. Там, сунув под разгрузку последний из оставшихся полным рожков, чтобы не потерять его на бегу, осмотрелся и определив направление, что есть силы рванул к третьей точке.
- Я пуст, отхожу к третьему!
Ему ответил Майк.
- За двадцать седьмой. Четыре минуты! Там брод!
Лаки всё понял. Если первый стрелок хочет уйти, у него сейчас всего два направления. На первом, через поле наёмники. На втором, болота и через них насыпь дороги к натовскому блок посту. С востока, редкий лес откуда пришла машина. С запада где был он сейчас до болота шёл извилистый овраг с заболоченной речкой и перейти не совершая заплыв, можно было лишь в двух местах.


Получив на ПДА картинку, что на поле появились новые игроки, Казак изготовил автомат, и уже почти не таясь, припустил по тропинке провоцируя снайпера. Выстрела, он не услышал, но почувствовал, сильный резкий рывок и увидел брызги, упавшие перед ним на тропу. Скосив глаза, он увидел, что его руки и автомат забрызганы, кровью, и тут пришло осознание, что это его кровь, от которого, все внутри похолодело. Но мозг работал чётко как калькулятор, оценивая куда как легли брызги и на сколько разлетелись, а следовательно откуда и под каким углом тело, его тело, пробила пуля.
- Ведущий Наседке. Скворец запел. Горизонт ноль. От меня. Азимут, два сто восемь ноль. Удаление, один ноль ноль, Скворец поёт!
Никто в горячке не заметил, что казак говорит не договоренными кличками и обозначениями. А он, был уже далеко от того места где находился. Под разбитые о камни синие с белым адидасовские кроссовки скользила почерневшая, от опавшей на неё жирной копоти сгоревшей резины тропа, ведущая к выходу из ущелья возле трассы. В груди кололо, было трудно дышать. Копоть смешанная с пылью висела вокруг делая весь мир серым и сужая рамки кругозора до того направления куда упирался взгляд. Справа поднялась стрельба и встала реденькая цепь. Почему справа? Ведь огонь по колонне вели с левого склона ущелья?! Но разбираться с этим было не место и не время, экономно как учили, используя боезапас, он стрелял и бежал не обращая внимание на ложащиеся прямо у ног очереди, к тому месту, где знал, притаился тот сукин сын, которого приказали взять во чтобы это не стало. Он достаточно своей стрельбой забрал жизней и ему приказано это прекратить ... Но из-за камня, будто в насмешку показался черный зрачок ствола.
Он, будто с нескольких сантиметров смотрел в нарезное его отверстие.
Вспышка и удар, заставивший его, остановится на мгновение. Остановиться? Ах, ну да, та первая пуля, выпущенная с расстояния в двадцать метров попала в край рожка, сломав два ребра и... Он, перевел автомат на камень и начал стрелять по снайперу. Нет... Не прямо в него! Он возьмет эту суку живым! Со всей обострившейся от смертельной опасности чувствительностью, он всаживал короткие, злые очереди, прямо в камень или левее, рядом со стрелком, запорашивая ему осколками глаза, сбивая ему прицел. Шаг, еще шаг, как же болят сломанные ребра проткнувшие лёгкие. Во рту сгустки крови, которые, нет уже сил не сплюнуть, не сглотнуть, они забивают горло. Последние метры. Автомат с опустевшим рожком еще не успел упасть, а он прыгает, вперед, стреляя из выхваченного пистолета. Матёрый стрелок с перебитой ногой, и потому не сумевший уйти, не дрогнул. Уперев приклад в землю стреляет от бедра. Но он опоздал. Казак. Почему казак? Сержант... Рушится на него, отбивая рукоятью опустевшего пистолета вражеский кривой клинок, всей массой своего тела и злобы. Не давая красной пелене, застилающей разум, возобладать, наносит удары. Если он, его не вырубит за эти секунды...
Теплая земля давит в щёку. По складкам капюшона дедовского брезентового плаща, единственного, что еще связывает его с тем, старым миром, ползет смешная зеленая букашка. Какая букашка в ЗОНЕ?! Какой плащ? На нем ведь поверх линялого тельника, одна драная обгорелая берёзка?! Свет и мир меркнет...Будто кто-то, щёлкнул выключателем.


Лаки несся напролом, сбросив для облегчения рюкзак, а затем и сунув за отворот комбеза последний рожёк, разгрузку.
Майк угадал. Брод был ближе к бровке, он застал снайпера уже почти добравшимся до того берега. Над водой была видна его голова и руки с поднятой в них СВД.
Упав на одно колено Лаки постарался прицелиться, но поняв, что может не попасть, так как руки тряслись, достал гранату и вскочив кинул ее с разбега метя перед стрелком. Граната описав высокую дугу, упала почти на берегу. Несколько её осколков прожужжали вблизи бегущего к берегу Лаки.
Стрелок от неожиданности, оступился и выронил винтовку. Когда он, поймав равновесие оглянулся, то увидел наставленный на него с пятнадцати метров ствол, человека стоящего по колено в воде за спиной. Но внимание его, приковал не он, и даже не крик, доносившийся сквозь глухоту лёгкой контузии. У автоматчика в руке была приготовленная к броску вторая граната, и даже с такого расстояния он видел, что на ней нет кольца чеки.

- Сюда. Руки сука! Над головой! Живо!
Лаки сделал еще шаг.
- ЖИВО!
Парень в воде медленно кивнул и подняв руки, оскальзываясь пошёл в его сторону.
- Выше!
Лаки медленно сделал пару шагов на берег. Когда стрелок вышел по пояс, он не раздумывая быстро прицелился и два раза выстрелил. В правое плечо и ногу.
Не давая ему опомниться, подскочил и выволочив упавшего пару раз треснул по ранам рукой с зажатой гранатой.
- Вот так, вот так сука!
Только после этого, приладил на место кольцо с чекой надетое на палец другой руки, и спрятав гранату связал его, не приминув заткнуть и рот.
- Это Лаки, клиент упакован!
Ответил опять Майк.
- Всё чисто. Иди к третьей! Не пали без разбора, тебя встретят.
- Принято!
Проверив, насколько запакован клиент, Майк снял его ранец и сложил в него все найденное на нем барахло. Затем, загерметизировал шлем и бросился в воду. Быстро доплыв до места, нырнул за винтовкой.
Когда он вынырнул и протер забрало, клиент пытался ногами подтянуть ранец. Хмыкнув, лаки закинул винтовку за спину и быстро доплыл обратно.
- Не ймется?
Он пнул стрелка по раненой ноге и поднял.
- Значит так. Всё кончено. Сюда идут ребята с базы. Так что если дернешься, огребёшь еще, и тебя на нее, волоком потащат. Только за ноги, чтоб еще морду в кровь разбило!
Взяв за ремень, пропущенный через связанные руки, он повёл его за собой по своим следам. Оставаться без разгрузки и своего мешка, он не собирался.
Так их парочку и встретили у поля подоспевшие сталкеры посланные Финном.
Я знаю где. Я знаю как.
Я не Оракул... Я - маньяк.
Аватара пользователя
RDL_python

 
Сообщения: 1520
Зарегистрирован: 27 апр 2015, 19:21
Откуда: Москва
Карма: 578

Re: Война никогда не меняется.

Сообщение RDL_python » 21 июл 2015, 17:15

Марк прислонился спиной к стволу дерева и вытянул ноги. Рядом сержант чертил обломанной веточкой на песке тропинки.
- Они не изобретательны. Стандартная спираль. Это значит, отходят влево от тропы, делают петлю и снова ее пересекают. Пока они свежие, радиус около трех ста метров.
Достав карту, он положил ее на колено.
- Мы видели след тут и тут. Из этого следует, что следующий их выход может быть вот здесь. Пойдете напрямик. Но это не значит, что среди них не может попасться умник, который пойдет дозором впереди. По этому, огибаете по вот этой пади, и не суетесь к просеке. На ней вас срисуют.
Он убрал карту.
- Дойдете, рассредоточиваетесь и ждете. Залечь лучше вот так, полу кольцом. Этой группе, огонь не открывать пока они не подойдут очень близко. Вы должны отсечь их! Если они уйдут. Или рассыплются. Мы их конечно поймаем. Но увязнем на несколько дней.
Марк перекатился на бок и встал. Попрыгал проверяя все ли в порядке со снаряжением. Сейчас придется долго бежать. Если что болтается ослабнув, будет проблема. Их старший подошел к группе.
- Слышали?
Солдаты закивали, подтягивая лямки и проверяя обувь.
- Построились, пошли.
Марк привычно занял свое место в колонне отделения, поудобней перехватив автомат. Бежали быстро, отдыхали, переходя на экономичную трусцу. Через час, сделали привал рассыпавшись по периметру густого кустарника. Пока отдыхали каждый подновил свой камуфляж, сменяя увядшие или обтрепанные ветки, воткнутые в снаряжение, на свежие.
Затем снова бежали. Перед выходом на позицию. Сделали еще один привал, окончательно восстанавливая силы. Первыми ушли на место наиболее умелые в поиске разведчики.
Затем, чуть погодя выдвинулся остаток группы. Шли медленно, шаг в шаг, часто замирая и слушая лес. Старались оставить как можно меньше следов. Последний, внимательно следил, чтобы их было как можно меньше, не обломанных веток, не слишком четко выделяющегося следа на земли и траве.
Выйдя на позицию, затаились в ложбинке и стали дожидаться разведчиков. Из них вернулся один, оставив двоих наблюдать. Сержант выслушав его доклад и сверившись с картой жестами обозначил кому идти с ним, а кого он сам лично разведет на позицию.
Марк выбрал себе место в небольшой ложбинке рядом с тропой. Хотя рядом были более удобные укрытия, подходящие для лежки кусты, он заполз в заросли местного лопушника. Практически на голом пятачке. Лопушник скрывал ложбину, образовывая своими широкими листьями крышу над ним.
Далее потянулось ожидание. Первый противник появился неожиданно. Марк осматривающий пространство перед собой, через просветы стеблей, даже пару раз мигнул. У старой сосны в пяти метрах от него будто проступив из тумана, появилась тень. Тень плавно сместилась осматривая тропу, стало видно что это человек, как и он обвешанный ветками заткнутыми под детали снаряжения. Рядом так же плавно и бесшумно поднялся второй.
Настороженно и бесшумно ступая, они пересекли тропинку и направились в ту сторону, откуда пришла их группа.
Марк, не поворачивая головы и удерживая тени ушедших краем глаза, стараясь не сделать лишнего движения, два раза нажал тангент. В ответ в наушнике раздался щелчок. Его информацию приняли.
Через пару минут, наушник снова щелкнул два раза и затем сразу еще два. Это означало, что кто-то увидел замыкающих противника. Марк сглотнул, и тихонько приподнял ствол автомата.
Еще через минуту раздался легкий треск и на тропу буквально в десяти метрах от него из кустов стали выходить люди. Каждый из них кроме оружия нес большой груз. Под маскировочными накидками, они выглядели неуклюжими горбунами. Именно это позволило быстро нагнать эту группу. Шли тяжело. Неожиданно , вместо того чтобы пресечь тропу, повернули и пошли по ней. Когда они поравнялись с ним, Марк почувствовал запах свежего перегноя на их ботинках и пота. Дыхания и шуршания одежды, он не слышал, лицо словно горело а в уши бил набат пульса.
Замерев, Марк даже перестал дышать. Солдаты противника шли буквально над ним. При желании, он мог вытянув руки, ткнуть в лодыжку ближайшего стволом автомата.
Колонна еще не прошла когда со звуком рвущейся ткани, грохнул залп. Марк не помнил по чему не услышал сигнала к открытию огня. Цепь противника рассыпалась. Часть бойцов сразу открыла огонь, часть скидывая груз, бросилась в кусты напротив него. Прямо перед марком, осел и завалился на бок боец противника. Его оружие упало чуть не зацепив ему голову.
Марк повернувшись на бок рванул из подсумка сразу две гранаты. Первую он кинул влево, вторую вправо, стараясь прокинуть в глубь кустов. Предохранительные кольца он срывал цепляя за мушку автомата. Второй рукой было неудобно. Кинув вторую, всем телом и лицом вжался в ложбинку.
Взрывы прогремели перекрыв шум перестрелки. Его закидало землей. Тощий рюкзак притянутый к спине что то сильно рвануло, едва не выкинув его из укрытия. Лопушник справа будто смело. Граната кинутая в кусты почему то взорвалась очень близко и Марка оглушило и видимо легко контузило. Потому как глаза словно забило песком, а в голове стоял шум и звон через который выстрелы доносились будто через толстый слой ваты.
Он поднял голову. Справа катался по земле один из противников, судя по тому, как он зажимал живот и пятнам крови вокруг, с ним было кончено. Чуть далее в кустах полыхнули вспышки. Марк послал в них, целясь чуть левее и ниже короткую очередь. Рядом почти сразу, по земле как хлыстом ударили пули. Взлетели фонтанчики земли запорошив ему и без того плохо видящие глаза.
Марк хватая ртом воздух остервенело промаргиваясь, подполз к лежащему перед ним на тропе и укрылся за его телом. Мертвый боец противника не успевший скинуть груз, был единственным доступным укрытием. Оно сразу задергалось, приняв на себя следующую порцию пуль посланных в него. Прикинув от куда стреляли, выдернул из подсумка последнюю гранату.
Глянув вверх, откинулся на спину и кинул так, чтобы она попала в дерево и упала левее него.
По руке словно ударили молотком. Рвануло, и он сразу перестал ее чувствовать. А затем грохнул взрыв и его придавило, перевернувшимся телом, за которым он прятался.
Когда он наконец смог из под него выбраться, и попытался подтянуть к себе автомат, пришла боль, от которой захотелось кричать и выть. Руку словно пронзили раскаленным прутом.
Солнце, бьющее сквозь сорванную взрывами листву светило прямо в глаза и он почти ничего не видел. Понимая, что бой еще не окончен а противник в паре шагов от него, Марк пытался левой рукой достать пистолет. Как на зло застежка кобуры висевшая на правом бедре не хотела поддаваться. Подвывая от боли, он все пытался ее расстегнуть, когда солнце кто-то заслонил, а руку жестко перехватили. Он еще несколько раз дернулся прежде чем до него стал доходить голос. Человек удерживая его за руку, кричал ему в лицо.
- Марк, все кончено! Все, их нет! Тебя надо перевязать!
Поняв что это кто то из своих, он еще несколько раз автоматически дернул кобуру, прежде чем потерять сознание.
Склонившийся над ним оглянулся, на солдат группы, сносящих на тропу оружие и мешки противника. От их группы, осталось едва четверть. Если бы не гранаты Марка, могло бы стать еще меньше. Вздохнул, доставая жгут, и сказал Марку, хоть тот не мог его слышать.
- Нас, почитай, тоже нет.
Я знаю где. Я знаю как.
Я не Оракул... Я - маньяк.
Аватара пользователя
RDL_python

 
Сообщения: 1520
Зарегистрирован: 27 апр 2015, 19:21
Откуда: Москва
Карма: 578

Re: Война никогда не меняется.

Сообщение RDL_python » 08 авг 2015, 15:04

Одно старое РУССКОЕ подразделение по игре в интернет-симулятор оскудело умом настолько что решило придумать ГЫМН...
(Надо сказать это уже не в первый раз... Всегда найдется знаете ли умник, коего в попу стрелнет гыниальная мышля... Ну, с его точки зрения...)

Название "Подразделения" - Русский Легион Смерти ( Russian Death Legion )

Вот один из вариантов рабочего материала стишка - предложенного к данной тематике. И по моему мнению подходящего и к тематике топика.


Горят дома, горят леса и нивы
И от пожаров жара, плавится земля.
Людские кости всюду, нет для них могилы
В муку их мелет поступью врага.
(Все содрогается от поступи врага)

Рубеж последний скоро будет сломлен
Его защитники уйдут со всеми в тлен.
В крови и ранах, сжав в руках оружие
Их выбор бой, а не презренный плен.

Ревет труба, победу предвкушая.
И заглушая плачь и горя стон.
Но над костьми тенями воспаряя
Встает последний, мертвый легион.

За рядом ряд, встают над полем брани
Смыкают молча строй плечо к плечу.
Им счету нет, полегшим в полях брани
Своею жизнью закрывшим путь врагу.

В пустых глазницах возгорает ярость.
Тех битв, в которых в прах они легли.
Тех битв и войн, которых мир не помнит
После которых их не погребли.


Поднялся ветер, поднимая пепел
Над полем брани началась пурга.
И из ее тумана и так же молча
За рядом ряд, они шагали на врага.

Повеял холод, не могильный холод.
Морозит в жилах их ярость кровь врагу.
И понял каждый, этот бой последний
Шагает смерь, пощады нет ему.

Вскипела сталь, и плоть под ней кипела.
И испарялась облаками кровь
Смеялась смерть, приплясывая пела.
Даря бойцам сполна свою любовь.

И стихнул бой, с последним смертным хрипом.
Не видно тени, вражеских знамен.
И в землю вновь ушел чеканным шагом
Надежд последних Мертвый Легион…
Я знаю где. Я знаю как.
Я не Оракул... Я - маньяк.
Аватара пользователя
RDL_python

 
Сообщения: 1520
Зарегистрирован: 27 апр 2015, 19:21
Откуда: Москва
Карма: 578

Re: Война никогда не меняется.

Сообщение RDL_python » 07 сен 2015, 22:51

В "Планах" которые мы объедением понятием "война"...

Есть еще и такое...


Короссовер - "ПЛЕН"


Плен.



Тьма. Боли нет. Но лицо жжет так, что кроме этого жжения невозможно ни о чем думать. Остальное тело будто не существует. Сознание изнывающее от жжения цепляется за голоса. Голоса доносятся как сквозь толстый слой ваты. Один из них, явно привыкший отдавать команды, болью отзывается в голове.
- Это он?
- Офицер. Изъят из кабины того меха, что вы повергли и приказали обыскать.
- Допрос возможен?
- Нег. Слишком большие повреждения.
- Так приведите его в порядок. Сколько для этого надо времени?
- Разумно ли тратить ресурсы…
- Вы забылись?! Мне все равно, что вы сделаете. Я не спрашиваю, что для этого надо! Он нужен целым для допроса. Когда я смогу его допросить?
- Три недели!
- Две! Он должен быть готов к допросу, до отлета!
Жжение нарастает и мое я, растворяется в нем.
Боль пришла неожиданно. Не так. Боль, пробудила сознание. Она была такой сильной, что жжение, которое я последним помнил, уже казалось по сравнению с ней, легким бризом против урагана.
С другой стороны, боль всегда со мной. Она то тише, то сильнее. Если она особенно сильна, значит со мной опять что-то происходит. И еще то, что я, еще жив.
- Он очнулся.
- Хорошо. Стабилизируйте. Проверим реакции.
- Можем потерять. Он все еще на пределе.
Со мною что-то делают. Странное ощущение, тело будто существует отдельно от сознания. Через некоторое время, первый голос звучит очень близко.
- Вы меня слышите?
Пытаюсь ответить , и это, удается.
- Да.
- Отлично. Заключительная обработка. В регенератор!


Уже несколько дней периодически прихожу в себя. Видимо я в медицинской палате. Меня окружают странные и резкие запахи присущие только медицине. Голова чем то плотно обмотана. И я так слаб что не могу двинуть ни рукой ни ногой. Сознание то приходит то проваливается в тьму боли.
Сегодня с головы сняли повязку. Свет очень яркий и глазам больно. К ним, по очереди подносят какой-то прибор. Из него исходит резкий колющий свет.
- Не закрывайте глаз!
Через минуту или две словно в нутрии исходящего из него света начинают появляться фигуры.
Говорите что видите.
Называю.
- Зеленый квадрат. Красный треугольник. Квадрат, черный.
Фигуры становятся все мельче. Наконец я не в силах их различить и прибор убирают от глаз. Медик это делающий, показывает экран на боку прибора, и говорит, стоящему рядом мужчине в таком же, медицинском комплекте одежды.
- Отличный результат. Сто для биологического и сто двадцать процентов на импланте.
Я их больше не интересую, они уходят. Через некоторое время приходит более старший по возрасту и званию. Это заметно по морщинка у глаз, что видны над медицинской маской. Еще, на правой стороне груди именная планка и какой-то знак. Не могу разглядеть, что именно, знак блестит в свете потолочных светильников. Не дает себя разглядеть.
Он смотрит не на меня, на приборы вокруг меня. Сзади него стоит женщина с ноепутером в руках и что-то тихо ему говорит. Что, я не слышу. По его жесту, она сдергивает укрывающий мое тело покров. И он наконец переводит взгляд на меня, но его интересует мое тело. Только оглядев его, он переводит взгляд на мое лицо.
- Что вы такое? Чем вы заинтересовали воинов, что на вас приказали потратить столь ценные ресурсы?
Мне трудно глядеть на него, подголовье очень низкое, я наклоняю голову к плечу, прежде чем ответить.
- Я командир группы, обнаружившей и захватившей полевой штаб вашей ударной группировки.
Мужчина удивлен, мимика, но морщится, так будто разговор ему противен. Женщина подает ему нотепутер и пока он читает с него, я гляжу на свое плечо. Что-то не так с моей кожей. Она очень бледная и гладкая, если не сказать нежная. Нет шрама от старого ранения.
- Что вы скажете об этом?
Медик подносит к моему лицу экран нотепутера. На нем, какие-то сложные химические формулы. Вернее не химические. Биологические цепочки и расшифровка кодов ДНА. Я не силен в микробиологии, но подобные, уже видел.
- Если это мои ДНА, то не могу вам точно сказать. На до мной, проделали опыт. Тело подвергали улучшению, но не подробно рассказывая, что сделали. Формулы такие видел. Но значение не понимаю. Я солдат, не медик.
- Тот кто вас связал, знал о этом?
Я невольно рассмеялся. Сказалось нервное истощение за последнее время.
- Доктор, последнее, что помню, это попытка прорыва периметра. Четыре вражеские машины, расстреливающие меня в упор. Одного я поверг. Дальше все смешивается. Только огонь и боль.
Мужчина, ничего не говоря, поворачивается и уходит. Женщина, за ним. Я закрываю глаза. Процедура и разговор меня утомили, по этому, почти сразу проваливаюсь в забытье.

Уже второй месяц я работаю с «техами», так тут называют техников. Как понял для меня это очень удачно. Прочих пленных используют на работах по проще. Тяжелее и грязнее. Естественно, мне тоже достается самая грязная работа. Но это лучше каменоломен или полей. Изредка меня вызывают из госпиталя. Делают анализы и еще что то. То что я тут, основано на их интересе и они держат меня поблизости, не доверяя работу в госпитале.
В прочем, в этом есть положительные стороны. Я окреп и научился в полной мере пользоваться новой рукой и ногой. Да, и еще у меня новый глаз. Доктор выполнил приказ воина о моем лечении дословно.


З051 год.
Декабрь.
База клана.

Частная жизнь двух техов.

Выпал снег. Сухой и пушистый. Вся площадка перед ангарами искрится. Красиво.
Рядом со мною стоит и пьет кофе Тех из соседней группы. Коренастая и угрюмая Или. Сегодня нет работ, у клана праздник. Или назначили дежурить. А мне не положено и чтобы не сидеть в казарме или не попасться кому на глаза ушел в мастерскую. Ну а Или, она тут будет торчать одна пока все не вернуться. Ее, как самого молодого теха, да еще и с гонором, вечно третируют. Вечно ставят дежурить по мастерской в самое неудобное время. По этому и сейчас, оставили дежурить без смены. А нам с ней, в последнее время, так это и удобно. Можно заниматься своими делами, не прячась. Почему? Ну чуть позже поймете.
- Попробуй бутерброд.
Или берет и механически жует.
- С кофе. Пожуй и запей.
-Ут, вкусно.
Сажусь на корточки и леплю снежок. Или, странная девушка. Она не стала воином и теперь тех. У таких как она, в клане не завидная судьба. Это я не жалею ее, а просто рассуждаю. У них своя жизнь, у меня своя.
- Дай еще.
Открываю ящик от инструмента и даю ей следующий бутерброд. Я ее приручил. Точнее она думает, что приручила меня. Ее воспитывали как воина. Тех, она всего второй год. Совсем молоденькая. Я на ее фоне глубокий старец, впрочем как и для многих тут, ну кроме «вольняг». Это те кланеры, кто рожден естественным путем.
- Налей.
Достаю термос, сделанный из небольшого старого резервуара для активного химического реактива. Им иногда травят ржавчину. Все думают, что это он и есть, а там, кофе. Отряхнув руки сажусь на ящик с деталями сметя с него снег. Или сыто рыгнув, протягивает мне пустую кружку. Мою кружки снегом и грязный снег запихиваю под него. Сидим, смотрим на снег.
- Ты сегодня неправильный!
Улыбаюсь.
- Почему?
- Как пришел, молчишь. Не одного глупого вопроса.
- Снег. Красиво, тихо. Люблю когда так, вот и любуюсь.
- Это твое Бусидо?
- Да. Как я тебе рассказывал, его, надо тренировать и в этом.
Она оживляется.
- Покажи!
Улыбаюсь.
- Опять будешь обижаться.
- Нег.
Или спрыгивает с ящика. И становится в стойку. Стоит почти правильно. Как я научил.
- Закрой глаза. Расслабься. А теперь представь, что ты все видишь. И вокруг стоит такая же как сейчас тишина.
Или старательно выполняет то что сказано. Когда мимика лица расслабляется, продолжаю.
- Хорошо. А теперь, представь, где я, и что держу в руках палку, и хочу ударить.
Девушка сразу напряглась.
- Не верно. Надо представить именно из того состояния которое было до моих слов. Почувствовать угрозу, и только потом действовать.
Открывает глаза и обижено сопит.
- Покажи!
Спрыгиваю, кидаю ей универсальный удлинитель для ключа и встаю от нее в двух шагах на колени. Причем спиной. Закрываю глаза. Ее никто не учил слепому бою. И для нее, это трюк или обман. Сопит. Переступает с ноги на ногу для баланса.
- Ударить?
- Ут.
И сразу ставлю блок ладонями. Лупит она без шуток и может сломать ребро или руку.
- Отступи на шаг. Не сопи. Не топай! Бей не туда, куда привыкла. А туда, куда противник не ожидает!
Она делает. Но сухой снег, скрипит. А материя синтетического комбинезона шуршит. Блок, подсечка, удар.
Бью ладонью, чтобы не покалечить, но больно, чтобы запомнила. Я учил ее падать и нераскрываться.
Опять сопит, поднимает удлинитель.
- А если я его кину?
- Отобью. Но могу повредить руку. Такие железки, лучше отбивать чем то. Или ногой, если противник не рядом.
Отходит и бросает. Прямо на ходу. Почти угадал. Задел удлинитель краем ботинка. Но ведь все равно отбил. Так бы мне в лицо попал. Хулиганя, из того положения в котором отбивал, встаю в стойку на руках и подмигнув, дразню ее показывая язык. Насупилась, но видно что довольна представлением.
- Не подглядывал? Ут?
- Нег!
- Рассказывай!
- Человек, не может быть абсолютно бесшумным. А еще он пахнет. Упражнение учит наблюдать. Сначала в тишине, чтобы понять, как его найти и что он делает. Затем при шуме, чтобы вспомнить, как его найти и различить его движения при шуме. Даже брошенный предмет издает звук. Когда ты это умеешь, начинаешь реагировать на угрозу и опасность автоматически. Сразу представляя что он делает и где. И среагировать на угрозу. Это становится как часть чувство боя, когда ты его не видишь, но заранее, знаешь что сделает противник.
- Я пахну?
- Фиолетовое мыло. Мыла руки, лицо всполоснула. Зубы чистила этой вашей пастилой. Но еще больше пахнет кофе, которое пила.
Хмурится.
- А еще, у тебя скрипят ботинки, левый особенно громко, когда на носок упор. И комбинезон шуршит. А твой любимый пистолет, болтается в кобуре и стучит. Кстати, застежка кобуры гадость. Пока расстегнешь, я тебя уже скручу.
Щурится. Не верит.
- Покажи.
- Обидишься. К тому же это нападение на охраняющего объект.
- Нег! Покажи!
Напряглась. Смотрит при щурясь. Выгибаюсь и покачиваюсь улыбаясь. Делает пол шага назад. Я из стойки делаю маховое сальто, и сразу еще одно. На выходе из второго бью вскользь, пяткой по кобуре закрывая ее. Руками, одной деактивирую пряжку, другой срываю с нее пистолетный ремень. Немного акробатики, и резкости. Шаг назад, держу ремень с кобурой на вытянутой руке. Хотел бы, уже убил или застрелил. Или, это понимает и немного озадачена. Вырывает у меня из руки ремень и одевает. Видно, что хочет наорать на меня с обиды, но держит обещание. Еще бы, не обидеться, она обученный воин клана, хоть и потерявший статус на испытании. Я, никто.
- Идем, холодно.
Подбираю удлинитель, кладу в ящик и мы идем в ангар. Там поднимаемся в комнату дежурного. Или осматривает мониторы системы охраны. Никого. Все уехали и вернуться только завтра вечером. Только в госпитале дежурная смена техников и один медик. В лагере две точки пехоты. И никому нет дела до пустых мастерских. Мы в тылу, а до следующего корабля с ранеными и поломанной техникой, еще неделя или две.
Я пристраиваюсь в уголке и открыв нотепутер, который сам собрал из выброшенных деталей залажу в местный Чаттервеб . Как не странно не смотря на праздник там порядка двадцати пользователей. Наверно тоже на дежурстве сидят. Нахожу приватную груупу.
Змей Вольняга: - Всем: - Привет пробирочники.
XZM0321: - Всем: - Опять шум в канале.
ELM00 X21: - Всем: Глядите кто приполз. Выпустили из загона?
Змей Вольняга: - для ELM00 X21: - И тебе чисто неба, Примат Пернатый.
XZM0321: - Всем: - Записано. Учтено.
ELM00 X21: - Всем: - Найду, дезинтегрирую.
Змей Вольняга: - для ELM00 X21: - В кабине еще пахнет? Со следующим грузом, пришлю цветочный дезодорант.
XZM0321: - Всем: - Записано. Учтено. Это уже третий? Аф?
Змей Вольняга: - Всем: - Будет третий. Слово Вольняги!
Или над плечом прыскает со смеху.
- Так это твоя работа?
Вздыхаю.
- Нег. Как я мог? Я же и близко возле его Ястреба не проходил. Кто меня к такой машине подпустит?
- У него и правда на панели орел из слоновой кости?
- Был. Теперь, нет. И ему уже второй раз замки на люке сменили.
Или обходит меня и пинает ботинком нотепутер.
- Смотри в глаза!
Делаю дурашливые невинные глаза и хлопаю ими глядя в ее. Она не выдерживает и уперев в бока руки громко хохочет.
- Значит и ворону дохлую не ты, в кабину подкинул? Восстановив ту надпись. Ут?
- Как я мог?! Он же гроза всех техов и воин самого великого клана из кланов! К тому же тогда они стояли на втором периметре. От, нас, это почти пол дня на машине. Ну или четыре часа на велике, по буеракам.
Искренне возмущаюсь. И опять хлопаю глазами.
- На велике? Напрямую? Ночью?
- Аф. Там еще точка элементалов мехи сторожила, когда они в палатке дрыхли. А водитель машины, который ее привез и пайки, спал в кабине.
Или села на корточки перед мной.
- Зачем?
- А зачем тебе, хорошо драться?
Она задумалась. Вообще то, я ее на это и поймал. ELM00 X21, был мех воином, который ее избил. Избил без причины, срывая злость что его мех вовремя не вышел из ремонта. Избил жестоко, потому, что она сопротивлялась. Сломал пару ребер и руку.
Я поймал ее просто. Когда она шла со мены, за ангаром устроил разминку и делая вид что не заметил ее, показательно сломал рукой пару деревьев.
Она меня отловила и для пробы попробовала поколотить. А когда убедилась что дерусь я хорошо, гораздо лучше ее, и сказала, что доложит, если не научу драться так же. Я согласился, но в обмен потребовал, чтобы она рассказывала о клане. И отвечала на мои вопросы. Согласилась, при условии, что никаких с ее точки зрения секретов рассказывать не будет. Вот так она «приручила» меня. Дерется она уже очень неплохо. Не чета мне, но куда лучше, чем было. И уже раз намяла бока теху из своей группы.
У нас с ней не дружба. Она чистокровный, не вольняга. Для нее я все равно человек низшего сорта. Так воспитана. В прочем, она даже не догадывается, что я это уже проходил. Но она уже не морщится при одном моем виде, и относится почти по человечески. Приняв как данность, что дерусь я на кулаках, куда лучше многих воинов. И что как тех, тоже лучше ее, хотя и не тех вовсе. Когда узнала что я мех воин бывший, сначала даже не верила. Даже прочитав про это в рапорте их же клана.
Опять пнула ботинком.
- Зачем?
Вздыхаю.
- Ты, бывший почти мех воин. Я, бывший почти мех воин. Остальные техи. Я помогаю тебе. Ты помогаешь мне. Не дружба, не любовь. Но если придется драться, я защищу твою спину.
Смотрит с недоверием.
- Я лучше тебя стреляю и дерусь. У меня более восьми побед на мехе.
- Более восьми?
- Два ваших, шесть наших. Это личные. Я был командиром подразделения разведки. Перед тем как меня пленили, мы напали на ваш штаб. Там мы уничтожили в пешем порядке, два меха клана и точку элементалов.
- Сколько вас было?
- Двадцать восемь бойцов. Две группы по четырнадцать человек. Я командовал обоими.
- Какие были мехи?
- Самонер и Локуст.
- Расскажи.
Киваю на диван. Дозволяет. Стараясь говорить понятным ей языком, описываю подготовку миссии и ход выполнения, до прибытия к дропшипам. Слушает как ребенок, только чторот не раскрыла, изредка перебивая прося подробностей. В конце помолчав добавляю.
- Могу скопировать запись допроса. Ее в медицинском блоке, где меня мучат, на компьютере держат, а код входа, я видел.
Киваю на копьютер на столе. Соглашается. Вхожу в сеть, копирую. И сижу на диване, пока она просматривает записи, играясь своим нотепутером. Мне там ничего не интересно, уже видел. Наблюдать себя под наркотиками, тошно. Насмотревшись, Или подсаживается рядом. И смотрит насторожено. Я про себя улыбаюсь. Хорошо хоть не с призрением.
- Я не знала.
Пожимаю плечами.
- Почему не сбежал?
Улыбнувшись отвечаю честно. И чуть шутливо.
- Мне пока, у вас интересно. И еще, мне надо научить одного теха драться. Вдруг возьмет, да как-то воином станет, а драться, не умеет! Позор?
Улыбается. Даже дружески пинает меня ботинком. Вот ведь манеры у нее. Но это у нее, почти нежность. Пнуть , или стукнуть. По моему ей даже это приятно, что меня, того кто ее может пальцем вырубить, можно пнуть, и не получить сдачи.
- Дай кофе!
Достаю термос. Она с сожалением смотрит внутрь. На мой кофе она подсела. Еще бы, я его у местных выменял, да еще коньяк и ликер туда подмешиваю. Тоже выменял. Большая теперь редкость.
- Забирай. Я сейчас еще сделаю.
Забирает . А я выхожу и иду к нашей части ангара, той где работают вольняги воде меня. Там у меня вот на такие случаи пара заначек есть. В подсобке, ставлю кипятиться воду, а сам лажу по тайничкам. Кофе делаю в кожухе фильтра тонкой очистки. И с ним возвращаюсь. С кофе, принес еще пару мясных консервов. Или не удивлена, она знает, что я из отходов мастерю всякие штуки и меняюсь на них с местными. Особенно в ходу самогонные аппараты. Но всегда довольна, когда я ее подкармливаю, под эгидой того, что ей как бойцу надо набрать мышечную массу. Кстати с моей подсказки она теперь еще по утрам бегает и делает упражнения на растяжку которые я ей рекомендовал. Старается.
Сижу смотрю как она с видимым удовольствием ест. А ведь только недавно слупила два большущих бутерброда с консервированной колбасой и овощами. И ловлю себя на том, что улыбаюсь. Она не так уж и на много младше меня. Но, сейчас я испытываю радостное чувство, как мать кормящая голодного ребенка. А она ведь и в правду почти голодный ребенок. Пайка с нашими нагрузками ей не хватает. Фронт ушел в перед, снабжение стало хуже. Да еще клан готовится к какой то заварушке между кланов.
Или неохотно отрывается от банки с ветчиной и жалобно глядит на вторую. Наелась, но все равно хочет еще.
- Ты не будешь? Ут?
- Нет, спасибо. Поел, пока готовил кофе.
Глаза сверкают радостью. Не замечает, что когда посмотрела на меня лицо расслабилось и выглядит счастливым. Как не много, надо для счастья ребенку. Подраться и вкусно поесть. Я у нее уже почти как бог.
Не зная чем заняться еще, вдруг встает и подойдя, плюхается рядом со мною.
- Покажи фотографии.
Три вид тут стоит плоханький. Гражданский, конфискованный. Когда линкуюсь, приходится перебирать каналы. Он вечно их теряет.
Вывожу картинки. Я и тут не оставил свое увлечение, правда вместо обычной камеры, вот этот нотепутер с головкой. Тоже приходится прятать, техам такое не положено. Нахожу альбом который составлял специально для нее. Конечно же Мехи, следы боев, разрушенные укрепления. Макро снарядов и ракет. Недавно нашел базу с записями сражений и сделав нарезку натаскал фото и пару роликов под музыку. Возился с роликами пару ночей. Вышло неплохо. Кстати надо бы ей показать наверняка понравится. Я их делал именно для такого момента, чтобы «порадовать ребенка».
Сморит внимательно, жадно. Сжимает кулачки, ноздри трепещут. Забавная у нее реакция. В такие моменты она забывает свою «гордость кланов» и становится сама собой. Улыбнувшись, отыскиваю директорию с роликами и делаю звук погромче. Первым ставлю классическую «валькирию». Она точно никогда его не слышала. Откуда в кланах опера? На трек «полета Валькирий» к тому же еще наложен трек переговоров пилотов.
Когда начинается ролик, она удивленно смотрит на меня, но уже при первых аккордах «залипает». Я специально делал клипы и динамичными, и драматичными, стараясь передать весь накал боя. На мой взгляд, вышло сильно. Особенно второй, он сделан на Треке «Прохоровка» из одноименно исторического фильма. Я туда из него тоже сделал нарезку, там много близких планов. Режиссер фильма, был точно мясник, кровь и осколки брони, так и брызжут с объема экрана в зрителя. Смонтировал их с современными.
Или увлеклась уже первым настолько, что ее не очень красивое личико заострилось. Переживает. Когда трек кончился, она удивленно и очень обижено, посмотрела на меня. Ноздри трепещут, дышит тяжело. Как после трудной тренировки. Второй клип начинался видом степи. Утро, уже встало солнце но еще стоит в низинах легкий туман. Травы, шум ветра, музыка начиналась медленно нарастая, и в нее вплетался лязг гусеничных траков и рокот моторов. Композитор был по своему гениален. Вот над травою из тумана надвигаются туши стальных монстров. Изображение начинает подрагивать, так я имитировал то что ощущаешь когда рядом идут Мехи. Наложенный трек разворачивающейся с марша боевой группы. Музыка все сильнее и тревожней. И вот разом, без прелюдий, прокатывается вал огня. Танки и мехи броском сходятся. Крики треск и звон рвущегося металла сплетаются с мощными аккордами музыкального трека. Клип вышел длинный, почти небольшой фильм. Я сам делая клип, так увлекся, что почти сделал съемку небольшого эпизода, где один воин на Бешеном псе прорывает атакующий строй противника нахлобучив их командира. Ну и конечно красиво гибнет. Как же без этого? Кадры для этого искал долго, пришлось кое-что ретушировать, чтобы из трех съемок разных машин, вышло кино про одну.
Музыка уже ревет так, что слабенькая аудио система тривида слегка захлебывается и заставляет низами, дребезжать листы гофры, которыми обита комната. Или, подалась вперед, вздрагивает от разрывов. Не замечает, что ее наработанное спокойствие рухнуло, как ее руки что-то ищут на диване, а ноги подрагивают. По моему вся она уже в том мехе, что рвется сквозь валы огня и стали к своей цели. Когда идут финальные аккорды и кадры горящего взрытого поля, вскочив, сгребает меня, схватив за грудь комбинезона. Откуда только силенки взяла. Откормил на свою голову. Лицо пунцовое, глаза бешенные, трясет меня как, даже не знаю что. Не найдя слов лезет в дарку. Беру ее в захват . Пытается бить головой, коленом, даже укусить. Научил на свою голову. Валюсь спиной на диван, чтоб сузить ей пространство для брыкания двумя плоскостями и как могу сильнее стискиваю, оплетя руками и ногами. По моему, все таки губу она мне разбила. Подергавшись, чуть притихает, и как-то сразу расслабляется. Не ослабеваю хватки, сам учил ловить противника на такое вот расслабление или вид того что шокирован или потерял равновесие или сознание. понимаю, плачет. Эк, ее «искусство» то проняло. Вся разгоряченная сердце стучит как пулемет, ощутив на лице влагу, вдруг понимаю, плачет. Поворачиваю к ней лицо, которое прятал зажав к спинке дивана, от ударов. Плачет неумело и некрасиво, навзрыд, закрыв глаза и прижавшись к моему плечу. Наверно первый раз в жизни, вот так свободно и открыто. Лежу молча прижимая к себе. Кто ее знает, чего она еще отчебучит.
Выплакавшись затихнув еще некоторое время лежит. Наконец не открывая глаз буркает почти нормальным голосом.
- Пусти!
Медленно расслабляю руки и ноги. Открывает глаза и сморит сердито. Глаза красные лицо расслабленное, мокрое. По моему ей идет быть расстроенной. Лицо не сведенное вечным выражением «я сильная и гордая» даже становится красивым. Или это я такой извращенец тут стал, без женщин?
Пока размышляю, она тоже видимо о чем то думает, и что характерно, валяясь на мне.
- Ни кому говори! Ут?!
- Про клипы или кофе?
Зарабатываю ощутимый тычок по ребрам. Ожила, становится собой. Шипит сквозь зуюбы
- Вольняга чертов.
Что не мешает ей в прочем, оставаться в прежнем положении. Да и шипит, как то не обидно, а с какой-то странной интонацией. Такую, еще у нее не слышал. Наконец, сползает с меня и садится. Нашарив в кармане на бедре фляжку из которой доливал в кофе коньяк смешанный с ликером, подаю ей. И она, сделав пару глотков кашляет и таращит глаза. Перехватив выпавшую из ее рук флягу, закрываю и прячу. Она девочка спортивная, огнефир с техами не хлещет, считая это придурью и недостойным себя. Что кстати ее, тоже от них отдаляет только. Подаю ей стоящую у дивана кружку своего кофе, запить. Сделав глоток прислушивается к себе. Могу ей итак сказать что чувствует. Тепло в животе и расслабленность, нервы успокаиваются. Коньяк с ликером это почти как спирт по крепости, только пьется мягче.
Зарабатываю за внимательный взгляд очередной тычок локтем. Причем попадает почти по причинному месту. Уйкая сгибаюсь, чем вызываю ее смех. Вот смеется, она хорошо. Искренне и радостно.
Почти пришла в себя.
- Драться будем?
- Обязательно.
Вскакивает и ставит охранную систему на полностью автоматический режим. Затем сняв пистолетный ремень с кобурой, недовольно командует
- Чего разлегся? Идем!
Спускаемся в ангар и идем переодеваться. Тренируемся обычно в рабочих комбинезонах. И это правильно, что чистые пачкать и рвать?
Начинаем с разминки. В какой-то момент она, опередив меня, атакует. И это тоже правильно. Воин всегда должен быть готов. После двух схваток, поясняю что ей было сделано не так. Снова сходимся.
Затем делаем перерыв в котором отрабатываем удары и приемы. И я показываю как обычно, что-то новое.
Сегодня у нее просто праздник. Целый день можно заниматься, не думая о том, что кто-то увидит. Если бы поймали за этим, кроме времени для зарядки, навалили бы дополнительной работы, еще наорав на нее при этом. А если бы застукали за тем, что занимается со мной, это был бы вообще скандал. Связалась с вольнягой, учит его бою. Позор! Ужасный позор.
Задумавшись пропускаю пару ударов. В отместку, кувыркнувшись, звонко хлопаю ее ладонью по попке. И она, кинувшись мстить, так бурно атакует, что загоняет меня в угол.
Немного дав ей выпустить пар, парой длинных ударов и нижней акробатикой, деблокируюсь.
Отчитываю ее за то, что она позволила себе разозлиться. Если быть серьезным я ее мог положить несколько раз пока она атаковала поддавшись гневу. Показываю как и когда. И сам себе переча, рассказываю, что если уж она так сделала, что икак должна была сделать используя прилив сил вызванный гневом.
Сопит. Злится но слушает внимательно. Еще раз повторяю трюк с акробатикой и шлепаю ее по попке, еще более жестко и звонко. Так, чтоб у нее ее жгло.
Разозлилась по настоящему. Но урок поняла. Проламывает мои блоки и я лечу на пол кувырком.
- Ты не бил!
Встаю потирая ноющие ребра и разминая ушибленную ногу.
- Не бил. Ты двигалась и контролировала меня очень хорошо. Была пара окон. Если бы ударил покалечил.
- Покажи!
Показываю. Сопит. Для уяснения того что сказал, опять устраиваю фокус. Беру доску, кладу на верстке между тисков. Показываю, как двигался, обратным ударом за спину, проламываю ее.
Черт, а больно то, как. Давно не занимался укреплением рук. Да и доска отсырела, мог искалечиться.
Глаза горят, сопит сморит на обломки доски. Знаю, что уже пробовала так. Но только руки отбила. Теперь по моему совету, укрепляя руки и пальцы, по утрам бьет руками и пальцами в ведро с мелкими пластиковыми шариками из какой-то технической засыпки.
Снова спарринг и заучивание. Под конец немного гимнастики, и для расслабления и для пользы. С ней у нее совсем туго. Но уже куда лучше, чем пол года назад.
Уже поздно и оба притомились. Пока она проверяет периметр и охранные системы, иду и разогреваю душ. Он тут в пристройке к ангару и не отапливается. По этому, включаю на полную сразу все распылители и подаю горячую воду. Тут своя система снабжения водой, идет от сгоревшего при штурме планеты городка. Воду, никто не учитывает. В холодном еще помещении, уже через минуту, стоит плотный пар. Раздевшись, стираю в ведре комбинезон и потное исподнее. Хлопает дверь и в меня летит комбинезон Или. Стираю и его вместе с майкой и трусами. А чего, мне не жалко. И вообще я ее все больше воспринимаю как большого немного вздорного ребенка.
Выстирав, вешаю чистые на трубу и убрав ведро, сам иду под душ. Уперевшись руками в стену, закрываю глаза и стою отмокая, расслабляюсь, думаю чем ни будь легком. Что-то не так. Открываю глаза, кошусь назад. В клубах пара, Или. Стоит чуть сзади сморит прищурясь. Хотела подкрасться? Утренний урок проверяла?
Кстати фигурка у нее стала гораздо более спортивней. На животе появились квадратики мышц преса. Плечи стали шире. Даже талия резко обозначилась. На фоне этого, груди подтянулись и попа стала поджарой и округлой. Усмехнулся, кому что, а мне кобелиться. Хотя надо признать, что она стала куда привлекательней и короткая стрижка идет ее новой спортивной фигуре.
Видя что я ее разглядываю, подошла ближе.
- Услышал?
Улыбаюсь в ответ. Она неожиданно меняет тему, ошарашив вторым вопросом
- Я тебе нравлюсь?
Надо заметить, тут у них с нет понятия любви как у нас. Любовь, брак и семья, обычно относится к вольнягом и «верно рожденными», презирается. Сами понятия о этом на уровне грязных ругательств. С сексом и всем таким, полный бардак. Инструктор может просто приказать кадету прийти на ночь. А вопрос влечения решается на уровне взаимного удовлетворения потребности в этом. В кастах ученых, медиков и торговцев бывает, чтото вроде семейных пар. Но это на уровне взаимной симпатии, не дай бог сказать что у них любовь. В круг равных или просто семенняки на уши намотают. И вот это. Вернорожденные не путаются с вольнянягами. Это позор. Если только так приперло, что сперма на уши давит.
По этому, отвечаю аккуратно
- Ты очень похорошела начав заниматься. Прямо настоящая воительница из преданий.
Предания, этоместные легенды о клане. Длиннющий текст у каждго клана свой вариант. Там про их клан история и про всех их героев и отличившихся воинов.
Улыбается. Ответ понравился. С интересом разглядывает меня. Подошла ближе
- Что за шрамы?
Рассказываю. Она даже трогает некоторые. Ребенок он и есть ребенок. Свихнувшийся на чести и всем что связано с войной. Такими их воспитывают. Я и сам если подумать, почти такой же.
Тыкает пальцем в Демона.
- Почему такой большой? Это же неудобно!?
Решаю хулиганить напропалую, повеселив ребенка.
- Это тоже мое оружие!
Смеется. Но только до той поры, когда на ее глазах Демон не набирает свою силу. Я поднапрягся, благо и особо трудиться то не надо, когда рядом голая девушка.
Стоит замерев и как говориться вытаращив глаза. На лице очень смешное выражение. Она уже привыкла, что я ей не вру. Рассказываю куда более чем остальным. А я еще добавляю ей размышлений. Напрягаюсь показывая коронный номер. Это когда демон, полностью в эрекции и топорщится венами.
- Ух!
По моему, она восхищена. Точно никогда такого не видела.
Протягивает руку и касается. Отдернув руку, хмурится и становится пунцовой лицом.
- Убери! Слышишь?!
Вздыхаю, поворачиваюсь спиной и шаманю, чтобы Демон успокоился. После долгого перерыва без работы он упрямится. И чуть не пропускаю удар в почки.
- Дурак!
Слишком громко и не обижено. Успокоив Демона, выключаю воду убираюсь и забрав постиранные комбинезоны выхожу в раздевалку. Или уже нет. Обтираюсь фильтрами. Синтетические фильтры вместо полотенец. Клан экономит. Иду в ангар и повесив комбинезоны и белье сушиться. Затем готовлю кофе и взяв еще банки с едой иду в дежурную комнату.
Или сидит за столом дежурного насупленная. Ковыряет белковый паек. Наливаю ей кофе и ставлю рядом вскрытую большую банку ветчины с пачкой мягких пресных галет. Как десерт ставлю вторую банку с мелкими солеными огурчиками. Вижу, что глаза ее сразу засверкали, но делает вид что ничего не происходит. Сам сажусь на диван. Я успел перекусить, пока готовил кофе. Смотрю, как жадно но аккуратно ест. Это она так удовольствие растягивает. Кстати о ветчине. Тут это даже у гражданских дефицит. Я шаря по окрестностям случайно наткнулся на раздолбаный транспортер слетевший в овраг с моста. Там все заросло и он скатился в заросли. Никто его не искал, так он там и лежит. Его кузов, был забит всякой рухлядью. Видимо пытался сбежать кто-то богатый. Кроме вещей, там был велосипед, на котором я иногда катаюсь и несколько ящиков всяких консервов. Их то я в первую очередь и перетаскал, попрятав по всяким тайникам. Велосипед в этом очень помог. Все не на руках носить, да и куда быстрее. Или знала о велосипеде. Я ее на нем научил ездить. И еще приделал к нему мотор стартера. Получился электроцикл. Почти мотоцикл, но быстро не поедешь, жутко трясло у велика не было амортизаторов.
Или доев, косилась на банку в моих руках. Которую я ей пока не дал. Такую, я еще не приносил. Не выдержав, со мной она вела себя не как воин а порой как действительно ребенок, спросила
- Что там?
- Растение, семейства бромелиевых. В собственном соку, дольками. Без кожуры.
Смотрит непонимающе
- Десерт. Поощрение за хорошее занятие.
Ставлю также открытую банку перед ней. Нюхает, смотрит недоверчиво. Подцепляю ножом дольку, ем и подмигнув, сажусь обратно на диван.
. Ананасы она живьем точно не видела. И консервированных, тоже не ела. Есть сначала с недоверием. Потом чуть ли не с восторгом. Подсказываю.
- Сок, тоже вкусный.
Когда банка пуста, сыто икнув, ставит ее на стол и смотрит в нее с недоверием и какой то обидой. Даже по моему немного озадачено.
- Наелась?
Когда кивает, убираю банки и ее недоеденный паек. После моих консервов, эту гадость она точно есть не будет. Убираю в пакет, чтобы потом выкинуть. Протираю стол. Тянет меня за рукав.
- Покажи еще раз про мехи!
Включаю три вид, сажусь на диван. Довольная и сытая плюхается рядом. Кстати пояс с кобурой, оставила на спинке кресла. Это в первый раз. Обычно, она его даже голой таскать норовит. Это, уже очень большое доверие.
Пока ищу канал, толкает локтем
- Где взял запись?
- Стащил с серверов куски записей, нашел музыку, смонтировал. Сам делал.
Смотрит очень удивленно и недоверчиво. Мне нравится ее удивлять.
- Это тоже Бусидо. Я же тебе рассказывал, воин должен чувствовать красоту не только вокруг но и красоту боя. Я попытался ее передать в ролике. Так как вижу. Понравилось?
- Ут.
Толкает локтем, чтобы искал быстрее канал.

( полный текст кросовера "плен" - http://samlib.ru/editors/s/shewcow_p_a/plen.shtml )
Я знаю где. Я знаю как.
Я не Оракул... Я - маньяк.
Аватара пользователя
RDL_python

 
Сообщения: 1520
Зарегистрирован: 27 апр 2015, 19:21
Откуда: Москва
Карма: 578

Пред.

Вернуться в Мастерская начинающего автора

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: Bing [Bot] и гости: 3